Книга Размножение, страница 183 – Тим Каррэн

– Слушайте меня. Говорит Норрис, сверху… У меня здесь какое-то движение… Если не получу от вас сообщение в течение двадцати секунд, буду считать, что это враг… вы меня слышите?

Тишина.

Вот дерьмо.

Генератор неожиданно издал визгливый звук, и Норрис повернулся, готовый стрелять. Тени. Генератор снова завизжал, словно его корпус заполнился льдом. Потом подавился, задрожал и смолк. Огни мигнули. Затем медленно потускнели и погасли, будто затушили свечу.

Шаги.

Норрис повернул автомат, луч света разрезал темноту. «Гипертаты». Пристройки. Лед.

– Кто бы там ни был… назовитесь… или я стреляю…

В наступившей темноте послышался булькающий противный смех, словно у смеявшегося рот был набит влажными водорослями.

Норрис вспотел в своем полярном костюме.

От его головы шел пар.

Что-то обходило его в темноте. И он чувствовал запах – грязную, засиженную мухами вонь гнилых овощей. Движение слева. Справа. Шипение сзади. Норрис повернулся, и три пули ушли в лед.

Холодный, влажный смех.

Скользящий звук, как шелест лозы.

Норрис снова повернулся, и что-то с невероятной силой ударилось о ствол его автомата. Оружие вылетело из рук, и он слышал, как оно покатилось по льду.

Он ударил ногой туда, где почувствовал движение.

И тут рука зажала ему рот, влажная и скользкая.

Что-то пронзило его горло, как десятками осиных жал.

МакКерр в микрофон говорил, что отключилось электричество.

Что он потерял связь с Норрисом.

Но внизу, в расщелине, никто его не слушал. Не сейчас. Не с тем, что они видели в свете галогеновых ламп… с тем, что видело их.С кошмаром, что ждал внизу, в ледяном углублении. Реджа нашел грот, и именно оттуда доносились звуки капанья. Здесь кончался электрический кабель, он был подключен к обогревателю, который раскалился докрасна. Лед в гроте таял. Вода капала и собиралась в лужи. В этом чреве из жары и влаги с потолка до пола выросли кристально чистые сталактиты.

Фигура, нелепая, искаженная.

Нечто гораздо меньшее, чем человек.

Человек – или что-то похожее на человека – с походкой раненого животного, напоминающий скорее гигантское насекомое, вышел к ним с шипением и бормотанием. Лицо было бледное, перекошенное в гримасе ненависти. Все видели, насколько он изуродован… разбухший, на спине большой горб, голова прижата к одному покатому плечу.

И под его кожей что-то шевелилось, что-то ползало.

– Это… я думаю, это Пакскомб, – сказал Дейтон.

Человек смотрел на них блестящими черными глазами без век со щелевидными зрачками, пурпурно-красными. Он издавал звуки, похожие на собачье рычание.

А потом он прыгнул.

Прыгнул на них, вытянув длинные искривленные пальцы, колючие, как стебли роз.

Реджа выстрелил и промахнулся, потому что его отбросило в сторону.

Дейтон трижды выстрелил, но ему мешали Лонг, Хорн и Гвен.

Койл протиснулся вперед, но выстрелить ему не дали.

Дейтон отлетел в сторону, когти протянулись к Койлу, и он выставил в виде защиты ружье. Пакскомб выбил оружие у него из рук. Когти на концах длинных пальцев были невероятно острые. Они разрезали парку и жилет под ней. Если бы на Койле было меньше одежды, пальцы его бы выпотрошили.

К этому времени начал действовать Лонг.

Он взмахнул ледорубом и ударил тварь-Пакскомба по лицу. Удар был скользящий. Но разрубил лицо и выбил левый глаз из глазницы в потоке плоти и крови, зеленоватой и прозрачной.