Книга Размножение, страница 211 – Тим Каррэн

Гудение становилось громче.

Это было что-то настойчивое. Что-то, что нельзя было отрицать. Оно передавалось не для того, чтобы его расшифровывали или даже поняли, а чтобы слушали.

У Садлера заболела голова.

Он хотел сказать: «Выключите этот шум… слышите? Выключите… прежде чем… будет поздно…»

Но он ничего не сказал.

Садлер просто слушал и чувствовал, как что-то внутри отдается тупым, хлюпающим звуком. Он не мог ничего делать, только слушать.

Ему это не нравилось, но он слушал.

Похоже, у него не было выбора.

Это был почти живой, органический звук, словно прижимаешься ухом к животу беременной женщины и слышишь, как там бьется сердце. Что-то подобное. Звук потенциала, сознания, деятельности. Садлер представлял себе Каллисто в пустом чреве космического пространства вокруг Юпитера, удерживаемую невероятным гравитационным полем планеты, как металлические опилки – гигантским магнитом. Мысленно он видел этот древний спутник… в кратерах, темных и осыпающихся, как доисторические котлованы… он слышал шипение передачи, которое становилось все громче и заставляло мысли метаться и наталкиваться друг на друга, толпиться в голове, а гудение и звуки дыхания тем временем делались господствующими.

Садлер сравнивал этот звук с тем, что можно ночью услышать в доме с привидениями… или если приложишь к уху раковину. Гудение небытия, едва скрывающее эхо далекого прошлого, призраков и ползучие воспоминания древности, которые начинают шевелиться, просыпаться, выползать из стен, как злобные тени.

– Карл… – начал Кларк, но замолчал.

Садлер пытался заговорить, но он словно оказался заперт в собственной голове, прятался в скрипучем доме, а ветер гудел все сильней, поднимался все выше. Он ничего не мог делать, разве что ощущать барабанную дробь в голове. Казалось, он потерял контроль над соматической нервной системой, стал неспособен на самостоятельные действия.

И не только он, но все в комнате.

Они стояли вокруг, как статуи, с широко раскрытыми глазами, напряженные и абсолютно неподвижные. Губы не шевелились, глаза не моргали. У многих подрагивал уголок рта. Некоторые потели и пускали слюну.

Гудение и странный звук дыхания стали такими громкими, что их невозможно было перекричать. Они завладели всеми в комнате и не отпускали.

У Садлера в голове появилась последняя ясная мысль, прежде чем его разум оказался полностью подавлен: «Боже правый… это не послание… это сигнал, присланный, чтобы господствовать и владеть, сломать нас и овладеть нами…»

Он был прав.

Сигнал был послан из мегалитического сооружения, выступившего из мерзлой коры Каллисто, как было запланировано за бесчисленные эпохи до первого контакта. Система создала сигнал, усилила его и с большой точностью направила на теплую голубую планету под названием Земля. И здесь электромагнитные пульсы нашли приемники в сотнях мегалитов по всему земному шару. Импульсы принимались, очищались, не гасились, а усиливались, превращались в белый шум, который высвобождал древние императивы и побуждения, вживленные в человеческий мозг.

Они могли звучать как бессмысленное гудение или свистящее дыхание.

Но это было нечто гораздо большее.

Это был последний зов сирены человеческой расы, означающий, что конец близок.