Книга Список подозрительных вещей, страница 116 – Дженни Годфри

На большой перемене я подошла к ней, когда она разговаривала с двумя из красивых девочек и Нилом Каллаханом. Они были увлечены разговором – стояли, сдвинув головы, как будто делились секретами. Неожиданно Шэрон сделала шаг назад. Чем ближе к ним я подходила, тем сильнее было мое замешательство. После пожара Шэрон владела печаль; сейчас же я чувствовала, как от нее почти видимыми волнами расходится искрящаяся ярость.

– Даже. Не смейте. Говорить о нем. В таком тоне.

Она буквально выплевывала каждое слово, сдабривая их контролируемым гневом. Нил тоже отступил на шаг, со смехом выставив перед собой руки, а одна из девочек сказала:

– Шэрон, да что такое? Ты влюбилась в этого пакистанца?

Я увидела, как она вся напряглась и шагнула вперед. Я оттащила ее в сторону и спросила:

– В чем дело?

Я увидела, как она сглотнула, пытаясь выговорить слова, и заметила, как сильно дрожат у нее руки.

– Надо было всем рассказать, – сказала Шэрон. – Надо было гордиться тем, что он мой парень.

* * *

Теперь мы ходили в школу другой дорогой, чтобы не видеть обугленные останки магазина, пока однажды тетя Джин не отправила меня с поручением, попросив забрать посуду «Таппервэр», которую она одолжила миссис Уэзерби, жившей через две улицы. Эта посуда перемещалась по улицам нашего города быстрее, чем автомобили. Я была бы удивлена, если б кто-нибудь знал, кто изначальный владелец этой посуды, однако все равно согласилась.

Мои ноги шагали автоматически, и без направляющей роли Шэрон я обнаружила, что оказалась в начале улицы мистера Башира, смотрю на оцепленный магазин и гадаю, кто это сделал. У меня в груди бешено забилось сердце, когда я ощутила чье-то присутствие. На противоположном углу стоял человек в комбинезоне и тоже смотрел на пожарище. Я резко втянула в себя воздух и задержала дыхание, наблюдая за ним. Впервые свою желтую шапку он держал в руке, и теперь у него на голове я видела копну черных вьющихся волос. Он был небрит, над его верхней губом пробивались усы; смотрел он мрачно и не моргая.

У меня в голове пронеслись его образы и встали на свои места, как в громоздком карусельном диапроекторе, на котором нам показывали слайды об отпуске во Франции в доме Айрин Блэкберн. Вот он идет по улице, голова опущена, нас он якобы не замечает. Вот он стоит у магазина, наблюдает, заходит внутрь, только если там никого нет. Вот он стоит с Ричардом и Нилом, а мы проходим мимо с Артуром. Я не внесла его в список по каким-то не ясным мне причинам, но разве он не вызывает подозрения? Кажется, он избегает всяческих контактов, однако я хорошо помню, как он болтался возле магазина. А что, если он делал это не просто так?

По дороге домой я вспоминала все, что знаю о нем. Я знала, что он живет с мамой, Валери Локвуд, на узкой, застроенной таунхаусами улице, которая называется Торнклифф-роуд, что зовут его Брайан – хотя мысленно я называла его «человеком в комбинезоне». Однажды я слышала, как тетя Джин говорила папе, что ей жаль их обоих, только я не понимала почему.

В его нежелании зрительного контакта, в его шаркающей походке было что-то тревожащее, и я гадала, не означает ли это, что у него криминальное прошлое. Может, у него есть что скрывать? И тут я поняла, что он должен стать следующим объектом расследования, особенно сейчас, после пожара.