Книга Усы за двенадцатью замками, страница 49 – Анна Ильина, Александр Железняк, Настя Фокина, и др.

– Пожалуйста, – бармен довольно ухмыльнулся: на бледном лице военного отчётливо чернели густые, залихватски подкрученные усы. Не менее чёрными были и волосы, убранные в длинный хвост. Они колыхались так странно, как если бы у двери бродил сквозняк. Фергусу показалось даже, что это не волосы вовсе, а чёрные перья – гладкие, как у ворона – первая птица, какую он смог припомнить. Но морок этот быстро рассеялся.

– Что будете пить?

Гость нетвердой походкой двинулся ближе. Медленно уселся за стойку и огляделся по сторонам, как видно, не находя в окружающем пространстве ничего необычного. Смутил его, кажется, только трехцветный флаг, висящий над головой.

– Грог… Есть у вас грог? – он похлопал правой рукой по карманам: левая висела на перевязи под накинутым на плечо мундиром. Из-под плотной ткани на мгновенье выглянула ладонь – вся чëрная, на первый взгляд обгоревшая до состояния уголька, но на деле живая. Кожа слегка шершавая, пальцы неестественно вытянутые, с загнутыми ногтями.

Фергус тактично отвёл глаза, продолжив натирать и без того чистый бокал.

– Чем можно здесь расплатиться? – мужчина с перебинтованной птичьей лапой достал из кармана кожаный кошелёк.

– Денег не нужно. Расскажите лучше что-нибудь интересное, – бармен улыбнулся одними губами, янтарные глаза впились в лицо гостя, пониже носа. – Я люблю, например, истории, связанные с усами. Всех видов, размеров, цветов.

Гость кивнул:

– Историю? Хорошо.

Фергус довольно пристукнул ладонями по столешнице и, повернувшись к гостю спиной, потянулсяк полке с бокалами для горячих напитков. Жалко, что не ирландский кофе, но пусть хоть так. Горячего давно никто не просил – его стеклянные друзья с толстыми ножками успели здесь порядочно заскучать.

– Как вас зовут?

– Тедо́р. Офицер Тедо́р.

– Откуда вы, офицер?

– Откуда?.. – задумчиво повторил мужчина. Он коснулся головы, словно не веря, что в ней вдруг стало так непривычно пусто.

Фергус помог:

– Откуда вы прибыли? Или куда идёте? Ну или же, – он хитро обернулся, – где находитесь?..

Последний вопрос словно вывел гостя из тревожного забытья. Он облегченно ухмыльнулся:

– Лежу в палате в ирри́тском госпитале.

– В ирри́тском? Никогда не бывал.

– С чем вас и поздравляю. – Гость рассмеялся. – Хотя медсестры там приятные. – И вдруг задумался, как часто бывает с людьми влюбленными. – В особенности одна…

Автор: Ная Йежек

Так, значит, рассказать вам историю про усы? Хм… Мне не трудно вспомнить – так уж получилось – труднее выбрать, какую из них. В нашей армии нынче почти невозможно встретить офицера без какой-либо растительности на лице. А у любого человека с растительностью на лице имеется хоть одна интересная история с этой растительностью связанная. Повальная мода среди солдат на бороды, усы, бакенбарды… Но почему?

Ответ, казалось бы, очень прост: на войне трудно бывает выделить время на то, чтобы хорошенько побриться. Любой офицер, скажете вы, предпочтет скорее поспать, поесть или поиграть в карты. Но я открою вам небольшой секрет: стрижка усов отнимает куда больше времени, чем тщательное бритьё. Я молчу ещё про укладку: уж если носить усы, то непременно как следует подкрученные.

Бывает, собьют в полёте одного из моих товарищей – птичьих офицеров. Он, падая на землю, успеет весь обгореть – тело светится среди пыльного поля битвы, крылья полыхают смолистым факелом. Солдат разбивается по снегу, чёрный, как головёшка, и обретает перед смертью человеческое обличие. – Так уж у нас заведено, чтобы легче было узнать.–А узнают погибшего вовсе не по лицу – на его месте застыла маска из горелой коры. И вовсе не по росту – тело его скрючено от страшной боли. Смешно и горько, но вычисляют офицера как раз по бачкам или усам. Вот какой хороший воск для укладки варят наши колдуньи – выдерживает даже цветные снаряды… Но действует, к сожалению, только на волосах.