Онлайн книга «Усы за двенадцатью замками»
|
Мужчина перегнулся через барную стойку и увидел, что именно мешает гостье. Сочувственно вздохнув, он перебросил полотенце через плечо и начал что-то искать в многочисленных ящиках под витриной с алкоголем. Найдя набор с отмычками, он обошёл барную стойку и, спросив у девушки разрешения, принялся снимать кандалы. Освободившись от цепей, Катажина не удержалась и потёрла онемевшую под оковами кожу. – Так намного лучше, спасибо, – она наградила мужчину благодарной улыбкой и наконец расположилась за стойкой. – Фергус. – Катажина. – Налить что-нибудь? – Виски, пожалуйста. Спустя мгновение бармен поставил перед Катажиной низкий стакан с толстым дном, на четверть заполненный жидкостью тёмно-янтарного цвета. Когда гостья потянулась за напитком, Фергус накрыл его рукой. – За выпивку придётся заплатить историей, – растягивая гласные, протянул бармен и улыбнулся. Пухлая верхняя губа его подпрыгнула, открывая крупные белоснежные зубы. Янтарные глаза блеснули и снова погасли под тенью густых ресниц. Девушка кивнула, и Фергус убрал руку. – Историей, – повторила Катажина, поднося тяжёлый стакан к губам и вдыхая сладковато-дымный аромат напитка. – Да, есть у меня одна… Эту историю Катажина много раз рассказывала самой себе холодными и одинокими ночами, и вот сегодня у неё появилось продолжение. Скользнув невидящим взглядом по стеклянным полкам бара, она пригубила виски.Напиток приятно обжёг язык и горло, оставив на губах тягучее карамельное послевкусие. Катажина кончиками пальцев дотронулась до верхней губы, которую украшали пышные усы. Отливающие на свету золотом, они казались мягкими и воздушными. Сделав ещё один глоток, она покрутила стакан в руке, любуясь медовым цветом напитка, и начала свой рассказ. Катажина Автор: Мару Аги Я родилась в шапито. В семье гадалки и безрукого канатоходца… Я плохо помню отца: он погиб, когда мне было не больше пяти лет от роду. Сорвался с каната во время представления – страховочную сетку не закрепили, как следует… Тогда-то наша маленькая семья и потеряла всякую надежду покинуть цирк: вдвоём с матерью мы бы никогда не сумели выкупить свою свободу. Мама потихоньку передавала мне своё мастерство и медленно угасала: после смерти отца она так и не смогла оправиться. Но гадалка из меня получалась совсем никудышная. Карты вечно путались, руны пропадали, кости становились на ребро, кофейная гуща бессмысленно размазывалась по дну чашек, а шар то и дело показывал всякие ужасы. Прямо как в тот день, когда в шатёр вошла чудесная молодая пара, желающая узнать пол будущего ребёнка. Шар показал им зубастого монстра, разрывающего плоть несчастной роженицы. Женщина лишилась чувств, а мужчина так разозлился, что чуть не придушил меня. Не знаю, чем бы всё закончилось, если бы не мама – только она могла так ловко и изящно успокоить взбесившегося клиента. С тех пор всё стало только хуже, ведь вести разносятся по миру так быстро. «В шапито бездарная гадалка показывает монстров в хрустальном шаре», – ха! Клиенты приходили лишь затем, чтобы поглумиться надо мной, а потом поднимали крик и требовали назад свои деньги… Мама никогда не упрекала: какой смысл ругать человека за отсутствие таланта? Но она и не сдавалась, упорно продолжая наставлять меня. «Талант – это только туго натянутый канат под ногами канатоходца. А умение пройти по нему – мастерство, добываемое трудом», – так она говорила. |