Книга К морю Хвалисскому, страница 208 – Оксана Токарева

Прочие новгородцы и англы обходили шатер стороной и от греха подальше осеняли себя крестным знамением, а бездельник Белен, пребывавший в последние дни в наисквернейшем расположении духа, при виде каждой вспышки повторял, точно ученый скворец:

— Я же говорил, что здесь дело нечисто!

В то, что Анастасий — Чернобожий слуга, он основательно поверил еще после исцеления Гюльаим.

И хотя новгородцы давно привыкли Беленовы домыслы не воспринимать всерьез, на этот раз многие начали поговаривать,что как бы боярский племянник не оказался на этот раз прав! Встревоженный странным поведением юноши, вызывающим к тому же ненужное нынче брожение в умах, сразу после свершения обряда венчания в сопровождении боярина и двух старших братьев Органа к Анастасию пожаловал брат Ансельм.

— Сын мой! — обратился он к критянину. — На правах пастыря, охраняющего человеческие души от козней лукавого, позволь спросить, куда нынче устремлены твои помыслы и что значат эти противоестественные запахи, витающие над твоим жилищем?

Анастасий не стал ничего объяснять, а просто предложил монаху и его спутникам посмотреть, как работает придуманное им устройство.

Испытание назначили на утро и решили провести его на речном берегу подальше как от человеческого жилья, так и от любопытных глаз. Тороп помог критянину перенести туда все необходимое и отошел к зрителям, готовый по первому зову прийти на помощь.

Когда из трубки под напором вырвался столб огня, брат Ансельм перекрестился, хан Камчибек помянул своего предка Органу-ветра, а Вышата Сытенич и Лютобор удовлетворенно переглянулись: что-то подобное они видели на море ромейском.

— Это все, что я сумел! — виновато улыбнулся Анастасий. — Конечно, это просто игрушки, разрушительной силы совсем никакой. Да и огнеметные трубки какие-то кургузые получились. Была бы здесь черная нафта или побольше серы…

— Ничего! — ободрил его Лютобор. — Выглядит оно устрашающе и видно издалека! Хазар, надеюсь, впечатлит, а о большем не стоит и мечтать!

— Делайте, как знаете, — устало махнул рукой хан Камчибек. — Только вежу не спалите!

Великий Органа в сопровождении боярина и Лютобора быстрым шагом направились к становищу, а брат Ансельм решил задержаться, чтобы окропить трубку святой водой и прочитать над горючей жидкостью молитву.

Хан Камчибек, его приемный брат и Вышата Сытенич преодолели примерно половину пути, когда Тороп почуял в прибрежных зарослях какое-то движение. Сначала он решил, что это возвращается сухим путем в свою нору облюбовавшая глинистый откос выдра. Расставляя сети у берега, он не раз давал себе зарок ее поймать: плутовка бессовестно воровала рыбу. Затем, однако, мерянину подумалось, что гибкий проворный зверек производит слишком много шума.

И в этот миг густая теньрасступилась, открывая очертания человеческой фигуры, и на солнце блеснуло нацеленное в спину то ли боярину, то ли великому хану лезвие ножа. Второй убийца поднялся прямо из-под земли.

По своему холопьему положению, Тороп опять оказался безоружен, зато рука Анастасия продолжала сжимать трубку, заряженную горючим составом: критянин решил свое творение напоследок еще раз испытать. Испытание прошло более чем успешно: вырвавшаяся из трубки струя пламени превратила злодея в мечущийся с истошными воплями по берегу живой факел. Второго убийцу пригвоздил к земле брошенным на манер сулицы Даром Пламени вовремя обернувшийся Лютобор.