Книга К морю Хвалисскому, страница 131 – Оксана Токарева

– Позволь, я попробую, – осторожно тронула русса за плечо вышедшая из своего покоя Мурава, которая в эту ночь, конечно, тоже не спала. В руках она держала теплую попонку и миску с водой.

Опустившись рядом с воином на колени, боярышня накрыла вымокшего в росе, разгоряченного зверя попоной, а затем стала круговыми движениями растирать его бок там, где находилось сердце, пока пардус не открыл глаза.

Тороп успел приметить, что, когда тонкая кисть девушки невзначай соприкоснулась в густом меху с ороговевшей ладонью Лютобора, красавица не отдернула руку, а только посмотрела на воина огромными сухими глазами, в которых притаившийся в самой глубине, тщательно подавляемый, но все же временами прорывавшийся наружу ужас перед грядущим смешивался с надеждой. Разве имел право Лютобор эту надежду обмануть?

– Все будет хорошо, – сказал он, крепко пожимая руку девушки.

Для таких слов русс имел некоторые основания. Малик спешил неспроста. К его ошейнику оказался привязан аккуратно свернутыйкусок пергамента, на котором чья-то рука набросала карту или чертеж.

Внимательно разглядев рисунок, Лютобор повернулся к Вышате Сытеничу. Лицо его светилось радостью.

– Так я и думал! – воскликнул он. – Лучшего места даже представить себе нельзя.

Боярин, однако, не спешил разделить его уверенность. Он прожил на свете дольше и знал, что не все ожидания сбываются так, как хотелось бы.

– Это примерно в половине дневного перехода отсюда, – задумчиво проговорил он, факелом освещая чертеж. – Боюсь, викинги появятся раньше.

Между бровями Лютобора пролегла упрямая складка.

– Ну что ж, может, это и к лучшему.

Он повернулся к Анастасию, который сейчас помогал Мураве лечить окровавленные лапы пардуса: зверь был так утомлен долгой дорогой, что почти не сопротивлялся.

– Расскажи-ка еще раз, что там придумал последний Гораций…

Как и предполагал Вышата Сытенич, викинги явили себя вскоре после того, как кроваво-красное полотнище на небе сменилось более привычным голубым. Первым об их приближении возвестил добровольный помощник коршун, знать, не зря новгородцы прикармливали его остатками ужина. Спустившись к реке, он победно заклекотал, созывая сородичей:

– Сюда, сюда, будет пир!

– Где? Где? – нетерпеливо откликнулись заполошно мотавшиеся над рекой глупые чайки.

Привычно оседлав поперечную перекладину на верхушке мачты, Тороп смотрел, как две появившиеся на горизонте точки, медленно, но неотвратимо увеличиваясь, превращаются в пестро размалеванные корабли под широкими полосатыми парусами. Со штевня одного грозно смотрел древний змей, родственник спящего в морской глубине великого червя, пробуждение которого грозит погубить весь населенный мир. На другом штевне красовался ощеренный полной пастью острых зубов, жадно вынюхивающий добычу, вылинявший от морской соли или просто седой, угрюмый беспощадный волк.

Новгородцы, давно уже державшие наготове брони, нетерпеливо смотрели на боярина в ожидании приказа их надевать. Однако, Вышата Сытенич посмотрел на приближавшиеся драккары и грозно пророкотал:

– Все на весла!

Гридни молча повиновались: приказ есть приказ. Однако, на лицах отразилось недоумение. Что задумал их вождь? Неужто, он рассчитывает ускользнуть от преследователей? Илиже здесь кроется какая-то уловка? Все уже знали, что пятнистый Малик принес утром весточку. Вопрос только, от кого.