Онлайн книга «К морю Хвалисскому»
|
Лютобор отвел ладью на расстояние, недосягаемое для стрел Гудмундова хирда, и теперь быстро разворачивался против течения, чтобы Эйнар не успел ударить в корму. Лучники вовсю кидали стрелы. Те, кто не успел, спешно надевали брони. Тороп с непривычки запутался с ремнями, которые закрепляли на спине ютскую кольчугу, и шепотом ругался, разбираясь в хитрых пряжках и застежках. – Дай, помогу, – предложил ромей Анастасий. Он сидел на Тороповой скамье, держась за больное плечо. Из-под повязки медленно сочилась кровь. Дело в том, что всю погоню, пока мерянин прохлаждался на мачте, молодой лекарь греб вместе с новгородцами, работая веслом так, что не стыдно было бы поглядеть древним героям его земли, не одно поколение бороздившим виноцветное море. – Рана открылась? – спросил Тороп. Анастасий кивнул. – Не следовало тебе так надрываться. Других гребцов что ли не было? – Ничего! – улыбнулся ромей, берясь за Тороповы застежки. – Свободный человек должен быть готов отстаивать свою свободу. Когда цепкие, привыкшие отыскивать в недрах человеческого тела проникшие туда хвори пальцы лекаря закрепили последний ремень, мерянин почувствовал, как под ногами что-то зашевелилось. Пятнистый Малик, все утро пролежавший под скамьей пластом, высунул голову, сосредоточенно втянул в себя воздух, неожиданно легко и бодро выскользнул из своего укрытия, поглядел на безмолвные и равнодушные горы и издал раскатистый, протяжный, зовущий, рык. С берега отозвался другой пардус. Его голос звучал мягче, в нем слышались воркующие грудные нотки, так присущие томным полуденным красавицам… И в следующий миг, словно повинуясь этому сигналу, с одетого косматым ковылем гребня обрушился рой стрел. Тяжелые железные жала со свистом размыкали кольчуги, впивались в глазницы шлемов, пробирались под щиты, кровавым поветрием неся боль и смерть, а сами стрелки оставались невидимыми. – Измена! – завопил Белен. – Лесной тать привел нас в западню! – Ой, мамочки! Пропали бедные наши головушки! – в слезах заголосила неизвестно зачем высунувшаяся из своего убежища Воавр. – Куда ты, безумная? – прикрикнул на суженую Талец, подбирая с палубы ютские стрелы. Свои он уже все израсходовал. – Лучники на правый борт! – скомандовал дядькаНежиловец. В это время на палубе следом за обезумевшей от страха корелинкой появилась Мурава. Подняв чей-то щит и прикрыв им себя и подругу, она внимательно смотрела вокруг. – Стойте! – воскликнула она. – Разве вы не видите, они стреляют не по нам! Красавица, как обычно, оказалась права. Хотя стрелы, единые в своем стремлении к цели, и каждая, направленная отдельной волей, летели так густо, что временами закрывали солнце, и викинги несли тяжелые потери, ни одна не упала на палубу новгородской ладьи. – Ну и чудеса! – воскликнул Путша, с восторгом поворачиваясь к боярину. – Нешто они нас не видят? – Наоборот! – улыбнулся тот. – Видят и, к счастью, очень хорошо. Он хотел было посоветовать молодому гридню обратиться за разъяснениями к Лютобору, а еще лучше к пятнистому Малику. Чай, не спроста пятнистый плут теребил мохнатой лапой хозяина: «Приставай, скорее к берегу! Не слышишь, меня подруга зовет!». Однако, в это время на левом пологом берегу раздался хриплый рев боевой трубы и, словно ниоткуда, появились всадники. |