Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 184 – Оксана Токарева

— Даже если мне не удастся вернуть крылья, — с решимостью проговорил он. — Молот верхнего мира и наковальню я не отдам.

— А я больше никому не позволю причинить тебе вред, — прижалась к нему Ева. — И постараюсь тебя отогреть.

— Вам точно в поисках Карины помощь не нужна? — перед расставанием с Левой и Машей спросил Филипп. — А то вон Кирилл даже готов подключить бразильских коллег.

— Не думаю, что бразильские коллеги владеют путями тонких миров, — нахмурился Лева. — К тому же я знаю, с кем точно захочет увидеться госпожа Ищеева. Я и сам бы не отказался взглянуть в глаза человека, который, воспользовавшись доверием моего прадеда, в прошлом году нас, считай, в лапы к Константину Щаславовичу привел, — добавил он и на его все еще бледных скулах заиграли желваки. — Поэтому, когда бразильцы мне предложили контракт, сразу согласился.

— А я поставила принимающей стороне условие по поводу концертмейстера, поскольку просто в качестве жены меня бы не взяли, — обнимая мужа, безмятежно улыбнулась Маша. — Зря я, что ли, весь этот гобойный репертуар учила?

— Будьте осторожны, — сердечно обняла друзей на прощание Ева.

— И постарайтесь на нашу свадьбу успеть! — отвечая на Левино рукопожатие, добавил Филипп.

— Да куда ж мы денемся! — беззаботно улыбнулась Маша. — Придем и еще половину ансамбля притащим. А то, кто ж, кроме нас с Василисой, споет величальные?!

— И заговор на счастливую жизнь произнесет, — намекая на архаичный обычай приглашать на свадьбу волхва, кивнул Лева. — Вы же в начале осени хотели? У нас как раз гастроли до конца сентября.

— Как определитесь с датой — напишите, — попросила Маша. — Мы возьмем билеты, а я девчонок организую. Или вы планируете вместо свадьбы рок-вечеринку?

— Мои друзья и Ксюша, думаю, были бы не против, но родные, боюсь, не поймут, — расцвел Филипп, который за время их общения в клинике успел обсудить музыкальные пристрастия новых друзей.

Оказалось, что Лева и Маша не только неплохо ориентируются в направлениях рока, но и знакомы с музыкантами из некоторых любимых Филиппом групп. Маша даже участвовала в записи одной металл композиции, хотя обычно предпочитала фолк.

— Мы, вообще-то, в качестве свадебного танца собирались исполнить самбу или босса-нову, — неуверенно проговорила Ева, украдкой глянув на гипс.

— Руки там не главное, — решительно отозвался Филипп, перефразируя анекдот из старого фильма по поводу похожих на танец, но горизонтальных телодвижений, который в отношении своей подбитойноги на днях вспоминал Лева.

Они с Машей восстанавливали здоровье не только с помощью лечебных процедур, благо врачи не возражали. Еве с Филиппом пока приходилось проявлять осторожность и не форсировать события. Другое дело, что даже сдержанные объятья и почти невинные поцелуи, которые они пока могли себе позволить, пробуждали отголоски былого огня. Когда же раны на теле зажили, и организм окреп, позволяя перейти к более решительным действиям, Еве показалось, что к ней вернулся ее прежний ясный сокол, нежный, чуткий предупредительный. А что до пламени Верхнего мира, так пока им хватало тихой гавани их любви. Хотя Филипп, конечно, тосковал по полетам.

— Странную шутку сыграла со мною судьба, — рассуждал он, рассматривая обручальную привеску, к которой вскоре должны были прибавиться два кольца. — Раньше я стеснялся своих полетов и нежданных негаданных обращений, переживал за здоровье психики и не желал прислушиваться к намекам, которые неоднократно делали дядя Миша и Ксюша. Теперь же без крыльев чувствую себя как без рук.