Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 12 – Оксана Токарева

— Просто затронули болезненную для него тему, — пожала плечами Ева, озабоченно глядя на соколиное перо, кончик которого окрасила маленькая капелька крови. — Константин Щаславович был и в самом деле страшным человеком, — проникновенно глянула она на подругу. — После его гибели вскрылись такие махинации и на аффинажном предприятии, и при захоронении токсичных отходов, и во время строительства мусоросжигательного завода, что это тянуло на реальный срок. Но дело замяли.

— Мусорные полигоны — золотое дно и вечная головная боль экологов, — с видом профессионала согласилась Ксюша. — Филька упоминал вскользь, что там был замешан какой-то криминал. Хотя вроде бы аффинажный король предлагал какую-то работу по его специальности и теме исследования. Филька после этой истории с Бессмертным сам не свой ходил. У него как раз тогда еще мама болела. А потом жаловался, что на работу его никуда не берут. Приглашают на собеседования, даже начинают оформлять, а потом без объяснения причин отказывают. Приходится перебиваться случайными халтурами.

Ева кивнула, чувствуя, как тело посреди летнего зноя охватывает озноб. Все встало на свои места: и работа перспективного программиста в летнем лагере на должности, для которой подошел бы и выпускник колледжа, и робость во время знакомства. Расхваливая друга, Ксюша упоминала, что Филипп — парень надежный и настроен на серьезные отношения, а что может предложить безработный айтишник, которому все легальные пути для трудоустройства фактически перекрыты? Бессмертный обладал для этого достаточным влиянием. И все же какое-то чутье подсказывало, что не только в криминале тут дело. Но зачем всесильному бизнесмену понадобился молодой сокол-балобан?

Ева посильнее ущипнула себя, чтобы перестать опять грезить наяву, собрала распечатки текстов и заданий по грамматике и решительно отправилась на занятия. Когда вечером она заглянула в мессенджер Соцсети, ее там ожидало сообщение от Филиппа с извинениями за внезапный уход и вопросом о завтрашней репетиции. Она посмотрела расписание, предложенное время одобрила, а потом они уже после отбоя полночи чатились на отвлеченные темы.

Филипп травил байкерские истории, повествовал о суровых буднях военных городков и безбашенной тусне на рок-фестивалях. Ева вспоминала курьезные случаи из переводческойпрактики и рассказывала о поездках по обмену. Ни удивительной находки на биологическом стационаре, ни дел аффинажного короля, ни перспектив по поводу работы оба словно намеренно не касались.

Поднимая глаза от экрана, чтобы полюбоваться, как на том берегу меркнет, растворившись в розоватом сумраке, золотой закат, Ева думала о том, как причудливо сплетаются нити судьбы. Даже если не принимать во внимание совершенно фантастическую историю с соколом. В процессе общения они с Филиппом выяснили, что их отцы действительно были знакомы. Причем, Балобанов-старший еще и чувствовал себя обязанным Роману Коржину за помощь в восстановлении доброго имени, но не имел контактов, чтобы выразить благодарность.

Ева пообещала все передать, хотя отец много раз подчеркивал, что он просто выполнил свой долг, да и основной материал для расследования все равно собрал коллега из печатной прессы Михаил Шатунов. И все же она не могла не согласиться с Филиппом, что их встреча произошла не просто так. Что бы там Ксюша не болтала про «гребаных соулмейтов». И соколиное перышко, запутавшееся в волосах, имеет к этому непосредственное отношение.