Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 33 – Оксана Токарева

И из этой рогожки, используя подручные средства, нам с девчонками предстояло соорудить сейчас вечерний наряд. Вот ведь поставил Левушка задачку! Сказал, что пока не закончится какой-то там срок, рубашку Василисе снимать за пределами защищенного оберегами дома ни в коем случае нельзя. А как это будет смотреться рядом с вечерними и коктейльными платьями, конечно, не подумал.

— А ты морок никакой навести не можешь? — невинно хлопая ресницами, поинтересовалась я. — Чтобы рогожка выглядела, скажем, как кружева.

— За кого ты меня принимаешь? — чуть не обиделся Лев. — Морок — это по части всяких упырей! Да нормальнооно будет смотреться, — успокоил он меня, передавая звенящий бижутерией сверток. — Это все — мамина работа, — пояснил он, доставая из другого пакета юбку и накидку. А она ж по стильным аксессуарам спец.

Разговор про маму меня немного успокоил. Вера Дмитриевна или тетя Вера хоть и работала художником-реставратором, постоянно пересекаясь по службе с моим отцом, в свободное время занималась дизайном одежды. Ее валяные и вязаные накидки, выполненные в технике батика пестрые шарфы и украшения из полимерной глины пользовались неизменным спросом. Сама она в силу темперамента и натуры свободного художника одевалась вычурно и немного пестро, даже когда в деревне выходила с этюдником на пленэр. При этом ее наряды смотрелись уместно и стильно, вызывая невольное восхищение друзей и зависть коллег.

Василиса, впрочем, поначалу еще сомневалась.

— А такое сейчас в столице носят? А в ресторан так можно? — переживала она, пока мы с девчонками, уложив ее волосы, наводили сдержанный макияж, чтобы немного скрыть бледность.

Хотя один из прадедушек по линии Мудрицких переехал в строящийся наукоград за Уралом из Петербурга, тогда еще Ленинграда, а вся семья отличалась рафинированной интеллигентностью, у подруги периодически пробуждался комплекс провинциалки. Особенно в том, что касалось модных тенденций.

— Это же авторская работа, — пояснила я, помогая Василисе разобраться с асимметричной юбкой изумрудного цвета и пестрой накидкой с летящими рукавами, превращавшими грубую исцельницу в нарядную и необычную вещь. — За такое на ярмарке мастеров тете Вере валютой платят.

— Стиль бохо — сейчас самый тренд, — поддержала меня Валентайн, с интересом и даже завистью разглядывая необычные массивные украшения, в которых на этот раз присутствовали серебро и какие-то поделочные камни, явно подобранные не просто так.

Застегивая на запястьях подруги звенящие браслеты, поддерживающие слишком длинные рукава, и нанизывая на ее пальцы серебряные необычной формы кольца, я увидела кровавый, еще не заживший след на месте обручального перстня Константина Щаславовича. Да и рубцы от когтей тоже пока еще выглядели слишком свежими.

Несмотря на все эти сложности, примерно через полчаса совместных усилий Василиса превратилась в роскошную женщину, невольно останавливавшуюна себе взгляд. Я в своем коктейльном платье и жакете болеро выглядела рядом с ней даже банально. Впрочем, Никита и так, едва увидев в ресторане, засыпал меня комплиментами и чуть не задушил в объятьях, а Левушка вообще, кажется, больше оценил работу над многоголосием в протяжной. Да и не о том он сейчас думал.

— Ты уверен, что это была хорошая идея — вести ее в ресторан? — негромко спросила я друга, безуспешно пытаясь утихомирить маму и тетю Веру, которые, увидев «бедную девочку», тут же начали причитать, окружив Василису повышенной заботой и совсем смутив.