Книга Легенда об Эльфийской Погибели, страница 76 – Александра Рау

Последним, что я видела, перед тем как провалиться во тьму, были пустые белые глаза.

Аррум не встретил нас как героев, чего я по какой-то причине ожидал; даже учитывая двух людей, неожиданно возникших на эльфийских землях, никто не обратил на нас внимания.

Причиной тому, вероятно, стал творящийся в лесу хаос – я с трудом узнал дорогое сердцу место. Происходящее в нем не слишком отличалось от порядка дел в Грее: спрятанные под доспехами тела, разогретый от ускоренного ритма жизни воздух и задумчивые сердитые лица. Я усердно выглядывал в толпе знакомые силуэты.

Мы перенеслись в южную часть леса, где я бывал лишь в местах, пригодных для охоты; как оказалось позже, портал Киана привел нас в земли, что некогда были разведчику домом. Вероятно, теплый образ сам собой возник в его голове. Скромное жилище Киана оказалось на удивление уютным, хоть хозяин и бывал в нем слишком редко для того, чтобы как следует обжить.

Лица лисицы и капитана лишь к утру окрасились румянцем; зеленовато-серый цвет кожи и тошноту смогли изгнать лишь кислые ягоды и несколько кувшинов воды. Использованная Кианом магия была бытовой – то есть неестественной, – и потому переносилась неподготовленными столь плохо.

– Как же… кружится… – вздыхала лисица, лежа на земле. У нее не хватало сил подняться на ноги, но на любое предложение помощи она реагировала строгим отказом, предпочитая самостоятельно переживать неудачи.

– Помнишь тот день летнего солнцестояния? – прошептал Кидо, и принцесса, не нуждаясь в дополнительных объяснениях, утвердительно хмыкнула. – Я думал, что не переживу то похмелье, но теперь оно кажется мне лучшим утром в моей жизни.

– А это кажется последним…

Душа капитана королевской гвардии металась в сомнениях: если его сестра давно определилась с тем, к чьей стороне примкнет в предстоящей войне, то его выбор был будто бы вынужденным. В большей мере его смущало незнание народа, за который он отныне собирался сражаться; к тому же ложь, что он с упоением произносил, стараясь убедить сторонников Минервы, почти впиталась в его губы. В любом случае этот славный муж справлялся с задачами и посложнее. Если бы обстановка не была столь угнетающей, я бы непременно заставил их с Индисом подружиться.

Как только вдалеке показался устало плетущийся Финдир, я бросился к нему, будто истосковавшийся по хозяину пес. Учитель мрачно улыбнулся, с излишней осторожностью похлопав меня по спине.

– Наконец-то, Финдир! – выпалил я, едва успевая дышать.

– Что с тобой стало, Эзара?

В глазах его недоумение смешалось с тихим, холодным страхом; казалось, он с трудом сдерживался, чтобы не сделать шаг назад. Энергия и радость от встречи с учителем, бурлившие в моем теле еще мгновение назад, испарились.

– Что с твоими глазами?

Я непонимающе потер веки, лишь представляя, что за недели в темнице могло приключиться с моим лицом. Кровь, грязь и нечистоты покрывали каждый сантиметр тела, когда-то ходившего в кафтанах, подаренных ему самой королевой; мне вдруг нестерпимо захотелось отмыться, до крови раздирая кожу жесткой щеткой из кабаньей щетины.

– Я приведу себя в порядок чуть позже, – смутился я.

– Одному тебе с этим не справиться, – покачал головой учитель. – Как ты выбрался из темницы?

– Пустил молнию по камню, чтобы тот рассыпался.