Книга Эпоха крови и пурпурных слез, страница 137 – Эдди Кан

– Прошу вас, – хостес поклонился и указал ладонью в коридор, покрытый ковром шоколадного цвета с золотым ромбовидным орнаментом. После этого он ушел.

– Что бы ни случилось, держись меня, – Джин предупреждающе сжал руку Мирэ.

– Оставайся рядом, – она сжала его ладонь в ответном жесте.

– Всегда.

«Все решится здесь и сейчас», – заверила себя Мирэ, стиснув челюсти. На удивление, она не боялась. Настолько устав от этого чувства, пережив за последнее время жуткие взлеты и болезненные падения, она ощущала себя совершенно выдохшейся, простой оболочкой, одной из тех, что сбрасывал тэса.

Сделав глубокий вдох, Мирэ пошла по коридору, внимательно осматривая пол, стены и потолок на наличие мелких ловушек. Хан не стал повторяться. Ловушек не было.

– Добро пожаловать в рай[51], дорогие друзья, – улыбнулся антиквар, когда Мирэ и Джин вошли в главный зал. Ли Хан встал с места и развел руками в приветственном жесте. Взглянув на его лицо, Мирэ передернулась.

Встреча с вонгви не прошла для Ли Хана даром. Мстительные духи исполосовали все его лицо, оставив на коже глубокие порезы, которые пусть и были тщательно обработаны, все равно выглядели ужасно. Кроме того, у антиквара отсутствовало несколько пальцев на руках. Он напоминал жуткую копию прежнего человека, но теперь стал больше похож на того, кем являлся в действительности, – на монстра.

По бокам от антиквара стояли два человека. Больше в помещении никого не было, что заставило лишний раз насторожиться. Металлический чемоданчик с книгой Ханьюла лежал на передвижном подносе по правую руку от Хана. Мирэ прикинула, что так просто схватить его и убежать будет сложно.

– Прошу, присаживайтесь, – указав на места напротив, антиквар сел за стол и аккуратно поправил вилку, которая лежала на белоснежной салфетке.

– Не изменяешь традициям, – сев за стол, Джин с пренебрежением осмотрел сервировку, а затем обежал взглядом все помещение. – Выбираешь для встреч с друзьями самые убогие места в городе.

– Отсюда открывается прекрасный вид на реку Хан, – возразил антиквар и кивнул в пустоту.

Сразу же к столу подбежал молодой человек в костюме и выудил из ведерка со льдом шампанское. Быстро откупорив бутылку, парень наполнил фужеры, низко поклонился и снова скрылся с глаз долой. Мирэ сделала мысленную пометку, что, несмотря на внешнюю пустоту заведения, у Ли везде были подвязки.

Вон сжала нож в кармане, надеясь, что Сонмин действительно позаботился о таинственности операции и такая тишина в округе – лишь предвестье бурного появления полиции. Иначе Мирэ могла использовать складной нож для того, чтобы воткнуть его себе в шею. Так или иначе, Хан ее все равно убьет и станет использовать как рычаг воздействия на Джина.

– К тому же тут подают отличного… – начал распинаться антиквар, но Мирэ, зная его натуру, не хотела заводить привычную шарманку и сразу хлопнула ладонью по столу.

– Хватит заговаривать зубы, Хан, – она шумно вздохнула, ощутив дискомфорт от внимания. – Ты нас сюда позвал не осьминога есть. Что значит – есть еще способы подчинить себе демона? Ты ведь блефуешь!

– Разве? – Хан хмыкнул и подался к столу, сузив глаза. – Если это блеф, то почему вы здесь? Не осьминога же есть пришли, верно? – рассмеялся он.

Мирэ стиснула зубы.

– Отвечай на ее вопрос, Хан, – пресекая словесный фонтан антиквара, спокойно проговорил Джин. Ожидая привычной холодности, Мирэ воровато покосилась на Сонга, когда различила в его голосе звенящие нотки угрозы. Как потрескивающие заряды в воздухе, предвещающие грозу.