Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 148 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

– А ведь и верно, – сказал кто-то, – я видел, как он бродил один по полям недавно.

– И демона он больше всех не любил!

Ёши усмехнулся, пряча улыбку за рукавом, и, взяв Фуюхико за руку, повел прочь от толпы. Но тот вырвался.

– Это же клевета. – Серые глаза обожгли Ёши холодом. – Ни про какие призывы никто тебе не говорил. Он лишь жертва.

– Его мне не жаль, – пожал плечами Ёши.

– Мне жаль тебя. – Фуюхико отстранился. – Ты все больше походишь на них. Разве что врешь как лисица.

Ёши фыркнул. Бросил взгляд на ожесточенно спорящую толпу. Закутался плотнее в черное кимоно, ежась от пронизывающего ветра. Подумал: «Если этот дракон – тот самый, о ком нельзя говорить летом, зимой должен быть слаб».

Ёши не был настоящим оммёдзи, однако мама учила его, хорошо учила. И, может, Инари до сих пор берегла. Если нельзя переложить проблему на других, значит, придется вовсе избавиться от нее.

Найти хойау-камуи оказалось несложно. По крайней мере для кого-то с лисьим чутьем достаточно было держать нос по ветру и идти туда, где смрадный запах становился сильнее. И он лишь удовлетворенно хмыкнул, поняв, что сильнее всего запах, заглушаемый благовониями, ощущается около старого храма, в котором поселилась новая мико. В каком-то плане он даже не соврал, сказав, что призвавший дракона сам от него пострадал.

Геройствовать и бросаться в драку с драконом Ёши не собирался. Наоборот, он, шмыгая ночами вокруг храма, незаметно окружал его неактивными запечатывающими талисманами. Дракон же, прикидывающийся девушкой, ничего не подозревая, каждый вечер возвращался в храм и мирно засыпал. Пока в один из вечеров, стоило только мико шагнуть на первую ступеньку, ведущую в храм, Ёши не напитал своей энергией разом все талисманы, замыкая круг и запечатывая дракона.

Мико замерла, постояла немного, огляделась и лишь потом обернулась. Ёши, стоящий под покосившимися ториями[87], ожидал, что лицо ее исказит ярость, но встретил на нем лишь растерянность.

Мико совсем бессмысленно хлопнула большими глазами и спросила:

– Не скажете ли вы, где это я?

Ёши бы усмехнулся, ответив, что таким его не проведешь, если бы действительно не разбирался во вранье и не понял сразу же, что реакция мико совершенно искренняя. Такая же искренняя, как и ужас, исказивший ее лицо.

Ёши заметил его краем глаза, отскакивая в сторону, чтобы не попасть под смрадное драконье дыхание.

Совсем не героически пытаясь спастись бегством, Ёши клял себя за то, что не расспросил Фуюхико о драконе подробнее. Кто же знал, что тот умеет вселяться в людей и успеет выскочить из жертвы в последний момент перед запечатыванием.

Припав к мерзлой земле, уворачиваясь от удара хвостом, Ёши пожалел, что не умеет оборачиваться лисой. От холода змеиное тело дракона сделалось неповоротливым, и чем меньше бы Ёши был, тем сложнее было бы по нему попасть. Взмах длинного хвоста едва не снес Ёши голову. Он отшатнулся, но все же не удержался на ногах. Одного запаха, который источал дракон, хватало для того, чтобы Ёши едва не терял сознание.

Хвост снова хлестнул, рассекая воздух. Сначала Ёши ощутил, как ноги отрываются от земли, а после – боль в ребрах, спине и затылке. Он прокатился по жухлой траве и лишь на несколько мгновений провалился во тьму. А открыв глаза, понял, что все горит.