Книга Искусственные ужасы, страница 255 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

«Эта однорукая сука ограбила меня!» – кричал Браун, не произнося ни звука.

– Так тебе и надо! – злорадствовал мертвец, которого видел только он.

Сейчас Адольф не мог сказать точно, кто перед ним стоял, так как всё его тело сгнило, стало уродливым и неузнаваемым. Но это, скорее всего, был Хартман – его самая первая жертва.

– Исчезни, я всё ещё могу убить твою жёнушку! – смахивая слёзы отчаянья, злобно произнёс он, и мертвец тут же испарился.

Браун научился справляться с призраками: кого-то нужно было припугнуть убийством близких, кого-то – просто не замечать. Всего он убил кинжалом троих человек. Хартман Кляйн стал у него первым. Он забрал у коллеги по театру талант. Вторым он убил одного спортсмена, потому что нуждался в крепком здоровье, чтобы покончить с героиновой зависимостью. Третьим стал один ублюдок, который хотел изнасиловать девушку. Его он убил заслуженно, забрав при этом его способности к езде на мотоцикле. А ещё мама – её он не включил в список, но на том свете этот «подвиг» ему точно засчитают. Получается, четыре жертвы, а ещё Вилли Кох и две девушки, которых убила Эмилия, но не без его помощи. Интересно, он уже считается серийным убийцей или ещё нет?

Браун прислонился к стене бара и поймал себя на мысли, что раньше особо не думал о смерти, но вот сейчас, когда кинжал потерян, конечность жизни стала по-настоящемупугать его. Когда он сидел на героине и мог откинуться в любой из приходов, умереть было не страшно – наркоманы вряд ли попадают в ад. А вот убийцы… Для них там точно есть тёплое местечко.

– Не расстраивайтесь так сильно, – послышался знакомый голос.

Адольф повернул голову и увидел молодого человека, что изменил его жизнь. Он выглядел так же, как тогда, когда принёс ему кинжал: те же аккуратно зализанные назад волосы, чёрная жилетка поверх рубашки и папка у груди. Парень выглядел лет на двадцать, но почему-то Браун не сомневался, что он гораздо старше всех в этом баре.

– Ты можешь мне его вернуть? – взмолился Адольф. Он понятия не имел, добрый этот человек или чистое зло во плоти, сейчас всё это стало неважно. Как таковые понятия добра и зла для него перестали существовать, когда он убил впервые.

– Не могу, – спокойно ответил Официант. – Мегиддонский кинжал потерян для вас навсегда. Но вы всё ещё можете получить заслуженное величие и бессмертие. Я всегда считал, что он вам не нужен, ведь вы и раньше были достаточно талантливы для своей роли, но вы сделали выбор, как и все в этой истории.

– Как?! Как я теперь получу бессмертие?! – В крови Адольфа всё ещё бушевал алкоголь, и мысли путались, причиняя страдания.

– У этого заведения интересное название, – задумчиво проговорил Официант – Знаете, чем отличается мёртвая лошадь от очень мёртвой?

– Нет.

– Мёртвую лошадь помнят, а про очень мёртвую все забыли. Ключ к бессмертию – сделать так, чтобы про вас не забывали. – Официант растянул губы в блаженной улыбке. – Роберт никогда не был очень мёртв. Не наделайте глупостей, сыграйте свою роль в пьесе, и он отблагодарит вас, как когда-то отблагодарил меня. Скоро всё изменится, будьте осторожны и внимательны, думайте над поступками и, прошу вас, постарайтесь не умереть в этой главе.

Официант направился к выходу и исчез в толпе посетителей бара. Адольф хотел что-то крикнуть ему вслед, но в голову ничего толком не пришло. Он был пьян и опустошён, и ему следовало решить одну дилемму: говорить Эмилии, что он потерял кинжал, или нет?