Книга Закат, страница 181 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Энни показалось, что она слышит мысли Тауны. Эйфория от их воссоединения. Благодарность за то, что их одиссея завершилась. Счастье, что они наконец дома. Или это были мысли Энни? Она больше не отличала, где она и где Тауна. Границ больше не было.

Чем выше поднимается солнце, тем отчетливее ты понимаешь, что вы двое не одиноки. Вон там другая ты, там еще одна. Ты смотришь и видишь, что ты и слева, и справа от себя, слышишь, как спереди, сзади и отовсюду приближаются люди, и скрежет и треск мертвых тел застывает в гудроне. Вы даже не только двуногие. Вы и четвероногие, и хвостатые, и клыкастые, и шерстистые, и чешуйчатые, и рогатые, и ушастые. Наконец, прилетаете пернатые вы и откусываете от вас, от вас и от вас кусочки и подбрасываете их в воздух, так что теперь вы разбросаны повсюду. Посажены как семена. Со временем вы вырастете снова.

Ты начинаешь тонуть. Ты делишься мыслью, своей последней мыслью. Ты всегда была живым мертвецом. Ты всегда им будешь. Именно приход смерти позволил тебе жить. Мертвая ты так долго пыталась научить этому живых, что мертвой тебе оставалось только начать кричать. Теперь все зависит от тебя, тебя и тебя – а еще от нас, наконец от нас.Мы должны помнить, должны подняться так же, как тонем в этой яме, жить среди живых в мире, умереть среди мертвых в гармонии, ибо оба состояния будут упорно цепляться друг за друга как тени. Мы не упыри. Мы не зомби. Мы – наши же матери, отцы, дочери, сыновья, сестры и братья. Мы ждали, что нас примут, раскроют объятия. Сейчас нас нет, но мы вернемся. Ну а пока что мертвые тонут. Пока что мертвые умирают. Пока что мертвые побеждают.

Конец

Все началось со «Сказок Гофмана» и ими же и закончилось. Не только книга, которую вы держите в руках, но, возможно, и вся карьера Джорджа Эндрю Ромеро, а следовательно, и моя.

Об одержимости Джорджа фильмом Майкла Пауэлла и Эмерика Прессбургера 1951 года есть столько свидетельств, что, например, на DVD-диске Criterion Edition есть интервью с Джорджем, в котором он описывает, как случайно увидел этот фильм в двенадцать лет. Но если его не смотрели вы, я пойму. В отличие от известных вещей, повлиявших на Джорджа, таких как «Нечто из иного мира» Кристиана Ниби и Говарда Хоукса или «Я – легенда» Ричарда Мэтисона, это не хоррор, не фэнтези и не научная фантастика. Это скорее экранизация оперы Жака Оффенбаха, которая в свою очередь основана на рассказах Э. Т. А. Гофмана.

Я предлагаю вам его посмотреть по трем причинам. Во-первых, это потрясающий, фантасмагорический пример того, как ограниченный бюджет дает порой толчок гениальности. Во-вторых, мы с Джорджем оба считаем, что это и хоррор, и фэнтези, и научная фантастика. В-третьих, это произведение искусства, которое, как сказал Джордж Ромеро в интервью Criterion, заставило его «научиться пользоваться карандашом». И если вы потрудились прочитать нижеизложенное необычайно длинное примечание автора, то, вероятно, будете заинтересованы.

Подавляющее большинство считает, что карандаш Джорджа – это о написании сценариев к фильмам. Но он публично говорил о работе над романом еще в 1981 году.