Книга Закат, страница 166 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Все знали, что превращение в зомби – процесс приблизительный. Оно могло занять две минуты или двадцать, а в холодном климате и два часа. Личико не знал, сколько прошло времени, но, видимо, достаточно. При четырех кандидатах на оживление – более чем достаточно. Блокгаузная Четверка не шевелилась. Послышался ропот замешательства. Раздались возгласы недоверия. Пораженные люди вспомнили, как Харт и Левенштейн кричали что-то о Шарлин Рутковски. Это правда? Некоторые завизжали, когда до них дошло. Некоторые заплакали. Личико гадал, уместно ли сейчас чувствовать облегчение. Но, пережив Рошель Гласс и Натана Бейсмана, Скотти Рольфа и Рэмси Дилана, генералов Сполдинг и Копполу и, наконец, Ричарда Линдофа, он легко считывал сигналы к плохим новостям. Ни о какой безопасности не шло и речи.

– Мы справились! – воскликнул Линдоф. – Все мы!

Вздохи, всхлипы, ругательства, вопли, ропот.

– Нет, – сказал Личико, и ему в глаза прилетел холодный комок грязи.

– Так давайте закончим! Давайте покончим с этим! Это наш шанс!

Радостные возгласы, улюлюканье, крики, хлопки, подбадривания.

Мужчины вышли вперед, как им и положено, встали на колени и вонзили ножи в мертвую плоть. Они резали как хищники, которыми в глубине души и были. У одного из мужчин на руке была бейсбольная перчатка, и, когда ее полностью расстегнули, она стала идеальным мешком для отрубленной головы Стюарта. Трое других подобрали головы Рида, Мэнди и Федерико и высоко подняли их под безумные вопли других хищников, вновь жаждущих свежей крови.

Кто-то уже воткнул бейсбольные биты в утрамбованную землю.

Рукоятки бит были тупыми, но отрубленные головы с разорванными трапециевидными мышцами, сломанными трахеями и смещенными позвонками легко на них насаживались. Стюарт Шардлоу, Рид Холлис, Мэнди Маундсон и Федерико Риера превратились в окровавленные куски мяса, дымящиеся от жара, смотрящие ярко-красными глазами на мир, которому оказались не нужны ни при жизни, ни после смерти. Вот, наконец-то головы на пиках! Символ статуса, которого так хотел Линдоф! Он прошел между головами, и их высунутые языки прочертили тонкие кровавые линии на его рукавах.

Половина толпы уже ушла, торопясь дальше. Линдоф, однако, не выглядел так, будто особенно спешил. Он остановился прямо перед Личиком. Впервые не отшатнулся и не издал рвотные звуки. Широко улыбнулся. Языки пламени за спиной делали его точной копией Белы Лугоши.

– За Неспешноград! – крикнул он под дружные возгласы и овации. – Всем на…

Кровь и ошметки плоти взмыли в воздух. Металлический наконечник стрелы вонзился в грудь Линдофа. Он разинул рот, не в силах вымолвить ни слова. Его пальцы дернулись, а затем руки – и обычная, и маленькая – упали вдоль тела со звуком, словно на разделочную доску кинули отбивную. Линдоф упал как подрубленное дерево, и его накрыло облаком грязи. Ричард Линдоф умер, именно когда переродиться в зомби и поквитаться со всеми стало невозможным. Выглянув из-за рядов ошеломленной толпы и четырех отрубленных голов, Личико увидел Грир Морган с луком, все еще стоящую в позе охотницы.

Грир никогда не разделяла энтузиазм истинных приверженцев по отношению к Мутной Заводи и удивилась своим чувствам при виде горящего Форт-Йорка. Она задыхалась. Кашляла до тех пор, пока не стало казаться, что легкие болтаются где-то в животе.