Книга Рассвет, страница 47 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Грир ударилась затылком о мокрую землю. Неужели Сэм Хелл стрелял в нее? Громкий хлопок заставил ее сморгнуть росу и сесть. Сэм Хелл бил маму Шоу ногой в лицо. Со второго удара, судя по всему, сломал ей нос. Грир поразил не выстрел, а нога, нога Сэма Хелла. Девочка почувствовала запоздалую вспышку боли в плече в ту секунду, когда его ботинок коснулся подбородка мамы Шоу.

– Стой! – закричала Грир и снова попыталась позвать своего защитника: – Папа!

Шея мамы Шоу дернулась назад с влажным хрустом. Макушка ударилась о перекладину купола. Это было за гранью даже гротеска – избивать безногую пожилую леди. Из груди Грир вырвался вопль. Но Сэм Хелл не остановился. Он в один шаг приблизился к Грир и поставил ботинок ей на грудь, вдавливая в грязь. Грир почувствовала, как из нее вышибло дух. Она подумала о Касиме, о том, как он лежал на ней, о том, как они дышали одним воздухом. Пистолет Сэма Хелла на этот раз был направлен прямо на нее, а не в сторону.

– Тебя укусили! – крикнул он.

– Что? – Она с хрипом втянула воздух.

– Эта гребаная старая сука укусила тебя! Тебе кранты!

У мамы Шоу бешенство? Разумное объяснение. «Последнее прибежище» кишело крысами. Должно быть, одна из них взбесилась, покусала маму Шоу, и та приползла сюда и перепугала до смерти весь «Саннибрук». Грир подняла правую руку и осмотрела ее. Грязь, листья. Ни крови, ни даже царапины. Она показала руку Сэму Хеллу.

– Десны, – прохрипела она.

Ствол ткнулся в упор. Капля дождя стекла на ее нос.

– Что ты сказала, сука?

Ботинок надавил на грудь сильнее. Грир чувствовала, как тонет в забытье. В итоге ее похоронят прямо здесь, в «Саннибруке», в том месте, которое она больше всего хотела покинуть.

– У нее нет зубов, – выдавила она. – Нет зубов.

Сэм Хелл выпучил глаза, уставившись на ее руку, но Грир не была уверена, что он видит все правильно. Когда мужчина был нетрезв, он вел себя как сумасшедший, слонялся по трейлеру мисс Джемиши, ломая перила и разбивая окна. Если она не пускала его, Сэм Хелл уходил бушевать по округе и изрыгать желчь: «Сука, шлюха, давалка, свинья, вонючка, проститутка, бомжиха». Сейчас это состояние достигло терминальной стадии, как заметила Грир.

Но она никогда не видела, чтобы он вставал так рано. Мисс Джемиша, должно быть, примчалась домой с сорванного собрания и разбудила его. Но это не объясняло его реакцию. Если мама Шоу заболела, Сэм Хелл мог позвать на помощь или просто держаться подальше. Ему не нужно было пинать женщину по лицу и целиться в соседку.

– Откуда я знаю, что тебя не укусили еще где-то? – спросил он.

Грир сразу подумала об изнасиловании. Конечно. Он под кайфом и заставит ее раздеться под предлогом проверки на наличие укусов. Потом он ее изнасилует, приставив пистолет к подбородку. Увидь это хоть один сраный член клуба «Саннибрук», он бы вызвал мистера Вилларда и убрался восвояси. Даже не стал бы звонить в службу спасения, как и Грир. Потому что это бесконечный разрушительный цикл так называемой самозащиты.

Сэм Хелл навис над ней. Капли дождя стекали с берета, подбородка, руки и автомата, а безумный взгляд обшаривал мокрое тело Грир. Слышно было только их прерывистое дыхание, шум дождя и хлюпанье мамы Шоу.

Обстановку разрядили новые звуки, доносившиеся из трейлера сеньориты Магдалены. Скрипнула открывающаяся сетчатая дверь – и тут же захлопнулась, как будто кто-то не знал, как с ней обращаться. Затем раздалось тяжелое, неровное шарканье: кто-то спускался по ступенькам. Сэм Хелл среагировал на это и убрал ствол от лица Грир. Она приподнялась на локтях и наклонилась, чтобы увидеть все своими глазами.