Книга Рассвет, страница 111 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

– Прости за опоздание, – сказал он, – моя Сладость.

Дженни понимала, что для многих женщин это было бы оскорбительным, но именно так называл ее дедушка. La bomboncito. Сегодня походка отца Билла была менее бодрой; он припадал на правую ногу. Как обычно, он надел камуфляжные брюки и бежевую водолазку с надписью «КАПЕЛЛАН CVN-68X». Это было как-то по-стариковски, и оттого казалось Дженни еще более милым.

Отец Билл взял металлический складной стул напротив, развернул к ней и, поморщившись, опустился. Он сидел так близко, что их колени соприкасались. Дженни это показалось естественным: возможно, у отца Билла проблемы со слухом. Она сложила руки и склонила голову; их встречи всегда начинались одинаково.

– Давай немного помолимся, – сказал он.

БАБАХ! ВЖУХ!

– Господи, во имя Сына Твоего Иисуса благослови войну в Афганистане, благослови войну в Ираке, благослови войну в Сирии, благослови войну в Йемене, благослови войну в Сомали, благослови войну в Ливии, благослови войну в Нигере, благослови войну с терроризмом, Господи. Сохрани наших солдат, Господи, и помоги им метко стрелять, где бы в твоем великом мире они ни находились. Прими наши хвалу и поклонение. Аминь.

– Аминь, – повторила Дженни, но ее слова потонули в грохоте и свисте.

Отец Билл сложил руки на коленях.

– После нашей последней беседы ты смогла поговорить с родителями и сестрами?

– Нет, святой отец. Я дважды дозванивалась, но оба раза звонок обрывался.

– Мы не благословим телефоны, – признался он. – Тогда ты, должно быть, все еще чувствуешь себя одинокой. Как ты справляешься?

БАБАХ! ВЖУХ!

Эта приватная встреча, как и все остальные, была запланирована за несколько дней. Тот факт, что она произошла всего через несколько часов после «пролета» Дженни, – знак, не так ли? Это был шанс обсудить случившееся, пока оно еще свежо в памяти, и очистить его от бесовщины. Дженни знала, что отец Билл будет настаивать на признании во всем; интерес к каждой детали ее жизни всегда льстил девушке.

Вокруг Дженни был бескрайний океан, она была капелькой в нем и осознавала, как незначительна на фоне Вселенной. Дженни знала, что в такой ситуации легко склониться к религии, но они встречались уже двадцать пятый раз, а поверить в Бога, которого проповедовал отец Билл, все никак не удавалось. Единственное, в чем она никогда бы капеллану не призналась. Дженни было попросту неудобно. Тоже знак?

– Как я справляюсь? – задумалась она. – Хм. Должно быть, с помощью парацетамола.

– О нет, моя Сладость, – успокоил ее отец Билл. – Мы всего в нескольких днях пути от дома. Сосредоточься на этом. Наверняка дома найдется то, что тебя утешит. Пение птиц. Смех детей. Ранний подъем из-за дворников, расчищающих тротуар. Бог повсюду. В крайнем случае ты найдешь его в семье.

Дженни попыталась представить себе Хорхе и Лорену Паган счастливыми, но перед внутренним взором предстали разочарованный отец и заплаканная мать с размазанной по щекам тушью. Так они отреагировали на известие об ограничении на полеты. А после этой беседы со святым отцом ей предстояло пойти в каюту «Красных змей», и там ее ожидало унижение куда хуже, чем «Стена влюбленных». Может, вовсе не покидать эту часовню? Может, остаться здесь, в безопасности, с отцом Биллом?

Он вгляделся в лицо Дженни.