Книга Крик в темноте, страница 88 – Оливия Нортвуд

Джеймс выглядел растерянным. Он смотрел по сторонам, крепко сжимая ладонь Грейс, и постоянно поправлял воротник рубашки. На гладко выбритом лице четко проступили скулы, линия нижней челюсти сделалась острой от напряжения. Он оглядывался, и Грейс не понимала: он хочет увидеть знакомое лицо или, наоборот, страшится этого. Все стало ясно, когда на него со спины налетел мужчина. Грейс сконфуженно улыбнулась и отступила на шаг.

– Ты все же пришел, Нортвуд. – Невысокий мужчина с короткими темными волосами и сединой на висках обнял Джеймса и похлопал его по спине. – Думал, ты не придешь, гребаный ты затворник!

– И я рад тебя видеть, Питт.

Питт Кроссман – бывший сослуживец Джеймса, с чьей помощью он устроился в полицию, и сам когда-то был полицейским, но уволился после травмы. Он слегка прихрамывал и волочил за собой правую ногу при ходьбе. Чудовищная несправедливость – вернуться невредимым с войны и так травмировать ногу, работая в полиции, чтобы до конца жизни получать пособия по инвалидности и не иметь возможности заниматься тем, что любишь, что получается у тебя лучше всего.

– Привет, красавица. – Питт подмигнул хитро, по-кошачьи, улыбнулся Джеймсу и протянул руку Грейс: – Питт Кроссман, старый друг Джея.

– Здравствуй. – Она ответила сдержанно, зная, какими неотесанными придурками могут быть солдаты, но это обращение – «красавица» – слегка покоробило ее. – Грейс. Я его… коллега.

– Мы с Грейс напарники, – объяснил Джеймс.

– Слышал о помощнике мэра и об этом адвокатишке! Что за жесть у вас там вообще происходит?

– Да, дело… сложное… Мы только начали распутывать этот дурно пахнущий, грязный клубок.

Расценив скованность Джеймса как нежелание продолжать разговор, Питт широко улыбнулся:

– Ладно уж, приятель. Идем, ты должен кое-кого увидеть.

Джеймс умоляюще взглянул на Грейс, и она обхватила пальцами его предплечье, тоскливо наблюдая за тем, как вожделенный мартини становится все дальше и дальше от нее.

– Ну вот, – со счастливым лицом сказал Питт, когда они со спины подошли к одному из мужчин в форме. – Подполковник Траск, смотрите, кого я вам привел.

Мужчина обернулся, и растерянность на его лице тут же сменилась узнаванием и печальной, суровой радостью.

– Сержант Нортвуд, – удовлетворено выдохнул Траск, и они с Джеймсом обнялись.

– В последний раз, когда мы виделись, вы носили звание капитана, сэр. – Джеймс представил Грейс и Траска друг другу. – В Сирии… Капитан Алан Траск какое-то время командовал нашим отделом.

Грейс протянула ему руку, но мужчина ее не пожал. Вместо этого Алан взял ее ладонь в свою, как хрупкую, хрустальную вазу, и коснулся губами тыльной стороны.

– Рад, что ты теперь в полиции, Нортвуд. Эта работа не для всех. Но я уверен, что ее должны делать такие люди, как ты. – Солдат похлопал Джеймса по плечу и улыбнулся.

Алан Траск оказался интересным собеседником, но говорила с ним в основном Грейс. Она пила свой второй «водка-мартини», с тревогой наблюдая, как в руках Джеймса один стакан виски со льдом сменял другой. Если они оба не смогут вести машину, придется остаться в Ньюкасле. Утром им нужно быть на работе, а это значило, что встать придется на пару часов раньше, чтобы успеть доехать, преодолев утренний трафик, и переодеться.

– Я оставлю вас на секунду. – Джеймс наклонился к Грейс, его горячее дыхание обожгло ей шею, и испарился в толпе раньше, чем она успела возразить.