Книга Смерть в летнюю ночь, страница 75 – Кристина Додд

Он уже почти полностью высунулся из кустов.

Будто завороженная его красотой, одна из веток подцепила берет Лисандра, сдернула и тут же взмыла ввысь, забрав с собой добычу. Русые волосы моего возлюбленного блестели на солнце; как мне хотелось протянуть руку и потрогать их, запустить пальцы в их шелковистую мягкость… Нет-нет,и этого тоже делать нельзя…

Лисандр поцеловал меня в запястье, с внутренней стороны. Его полные губы коснулись моей нежной кожи. От наслаждения у меня перехватило дыхание, и я не смогла устоять. Погрузила пальцы в его густые волосы, завела одну прядку за ухо, не торопясь и с восторгом отдаваясь новым ощущениям.

Доведенный до исступления моей нежной лаской, он рванулся вперед, явно намереваясь обнять меня и поцеловать в губы. Но кусты крепко вцепились ему в камзол и не пускали вперед.

Я рассмеялась – наверное, не самый лучший ответ на его порыв.

Через мгновение усмехнулся и он, нащупав новую дыру у себя в рукаве.

– Отдаю должное мудрости твоего отца: эта живая изгородь – лучший способ сохранить целомудрие дочерей.

– Можно я не буду передавать ему твои слова?

– Пожалуй, и правда не надо. Я и так трепещу перед его шпагой.

Лисандр снова потянулся ко мне, чтобы закрепить ножны у меня на руке.

– Осторожнее с шипами, а то станешь поркеттой[10]на вертеле, – объявила я.

– Бессердечная девчонка, – усмехнулся Лисандр, откинулся назад и носовым платком стер с шеи капли крови. – За колючими кустами и крепкой садовой стеной тебе ничто не угрожает.

– Тогда почему ты не принес мне изгородь вместо кинжала?

– Разве я не говорил, – хмыкнув, сказал он, – что обожаю твое чувство юмора?

– Нет, не говорил, а стоило бы. На лесть я девушка очень падкая.

– Это не лесть, а чистая правда! – воскликнул Лисандр и, сменив тему, добавил: – Теперь, как только почувствуешь опасность, смело выхватывай кинжал и делай поркеттуиз напавшего на тебя. Попробуй-ка прямо сейчас.

Я сунула левую руку в правый рукав, схватила кинжал за рукоятку, выхватила его из ножен и бросилась на живую изгородь.

– О ветки, расступитесь! Пропустите его ко мне немедленно! – воскликнула я властным тоном и повернулась к Лисандру. – Видишь, не получается.

– Живая изгородь знает свой долг, – отозвался Лисандр и озадаченно добавил: – Однако ты сделала прекрасный выпад. Ты что, занималась фехтованием?

Основам боя меня обучил отец, а нянька показала, как правильно выхватывать кинжал из рукава, но стоит ли ему знать об этом?..

– Я просто способная, – скромно ответила я.

Вложив клинок обратно в ножны, я повернулась к моему возлюбленному.

– Послушай, Лисандр, прошлой ночью на ореховом дереве… что там с тобой случилось?

– Я и сам толком не понял.

Я могла рассказать ему о подпиленной ветке, но сначала мне хотелось услышать его историю.

– Что ты думаешь по этому поводу?

– А что тут думать? Я лежал, распластавшись на толстой ветке, разговаривал с тобой, старался быть остроумным, а тем временем в груди у меня разгоралось одно желание: мне страстно хотелось прижаться к твоим нежным и сочным губкам. Продвигаясь к тебе все ближе, я льстил себя надеждой, что и ты жаждешь соединиться со мной в упоительном поцелуе. Закрыл глаза, потянулся к тебе, и тут… – Воспоминание, кажется, его обескуражило. – Ветку будто потянуло вниз.

– Ты сказал, потянуло вниз?