Книга Всегда подавать холодным, страница 88 – Макс Гаврилов

В гостиной четыре стола были застелены зеленым сукном, подавали коньяк, шампанское и еще с дюжину сортов красных и белых вин. Генерал обвел взглядом зал. Ланской тем временем распорядился вынести еще один стол, потому как свободных мест за сукном не было. Они расположились в углу гостиной у растворенного окна за тяжелой портьерой. Спустя минуту к ним присоединился барон фон Лебек. Подали коньяк и новые колоды, четвертого игрока не было, и Баур уже было начал сдавать на «болвана»[50], когда в гостиную вошел человек в черном бальном фраке. Ланской приветствовал его и пригласил к игре:

– Граф, составьте нам компанию! Нам как раз недостает четвертого игрока!

– С большим удовольствием, Сергей Степанович!

– Господа, граф Иван Францевич Порядин, – представил незнакомца Ланской.

Баур кивнул и представился. Незнакомец был как будто выписан с античной картины: правильные черты лица, волевой подбородок и блуждающая усмешка в самых уголках губ. Договорились играть на малых ставках.

Карл Федорович сделал глоток коньяка и сдал заново. В партнеры ему выпал фон Лебек, а козырем игрались трефы. Ланской пошел с короткой масти, но на третьем круге его валет был бит козырной пятеркой фон Лебека. Барон ставил на длинные бубны, собрал четыре взятки, на пятой Баур перебил его туза козырем и пошел в пики. На второй взятке Порядин побил пики. На руках оставалось по три карты. У Порядина были червовые король, дама и восьмерка. На восьмерке и даме он забрал две взятки, на короля фон Лебек сбросил двойку, Ланской – пятерку, Баур же открыл туза.

– Вы подменили карту, – тихо произнес Порядин. За столом установилась тишина.

– Что-о-о-о-о?! – протянул Баур, наливаясь кровью и вцепившись в поручни кресла.

– Туз был сыгран в четвертом круге. Вы подменили карту, генерал!

– Господа… – начал Ланской испуганно.

– Да как вы смеете, сударь?! – Баур вскочил со стула. – Я, по-вашему…

– Вы карточный плут. Я отчетливо видел, что карта вышла, а вы ее подменили.

– Господа! Это же очень просто проверить… – Фон Лебек ошарашенно смотрел то на Порядина, то на Баура.

– Проверить?! – прорычал Баур. – Я не стану терпеть подобных оскорблений!

– Что же вы намерены делать? – усмехнулся Порядин.

– Назовитесь еще раз, сударь, я должен убедиться, что разговариваю с равным!

– Господа, вы сошли с ума! – пролепетал Ланской, понимая, к чему ведет этот убийственный диалог.

– Граф Порядин, Иван Францевич, потомственный дворянин, к вашим услугам! – Усмешка так и не сходила с его лица, разжигая в Бауре, не возведенном в графское достоинство, новые приступы бешенства.

– Я вас вызываю! Назовите своего секунданта, сударь, и выбирайте оружие! – Баур, багровый от злости, уже не говорил, шипел.

Ланской закрыл глаза и глубоко вздохнул. Сейчас он молил Господа лишь об одном – чтобы эти двое не надумали стреляться немедленно, прямо в саду его особняка. Что тогда будет, он и предполагать боялся, понимая, что дуэль, а тем более смерть любимца великого князя разом оборвет не только его карьеру, но непоправимо искалечит всю его жизнь. За дуэли в России наказывали сурово, причем нередко высылали из Петербурга не только дуэлирующих, но и секундантов и лиц, причастных к поединку косвенным образом.

В гостиной давно висело напряженное безмолвие, все взгляды были устремлены на бледное и торжественное лицо Порядина.