Книга Закусочная Юми. История душевной еды, страница 48 – Ким Чжэхи

Однажды Гук прочитал в газете статью с британской экономисткой Нориной Херц, которая назвала одиночество болезнью, оставляющей глубокие раны на теле и душе. Она утверждала, что одиночество снижает иммунитет, ускоряет старение и оно даже опаснее, чем выкуривать по пятнадцать сигарет в день. Одиночество увеличивает риск сердечно-сосудистых заболеваний, инсульта и деменции.

Всю жизнь дядя Гук верил, что живет правильно, но теперь понял, что это вовсе не так.

Он копил деньги, не женился, думал, что так обеспечит себе долгую и беззаботную жизнь. Но оказалось, что из-за этого он лишь быстрее умирал.

И тогда впервые он осознал, что рис с говядиной был для него не просто едой, а лекарством от одиночества.

С возрастом его суставы стали болеть все чаще, передвигаться по лестнице становилось труднее. Бывали дни, когда дядя Гук не мог подняться с постели целый день, не ел до самого вечера. Он начал чувствовать, как неумолимо уходит время.

Вокруг были лишь люди, которым нужны были его деньги, но никто не был по-настоящему близким ему.

Однажды мужчине предстояла колоноскопия из-за обнаруженных полипов в кишечнике, и оказалось, что его некому сопровождать.

Когда Гук позвонил в агентство сиделок, ему сказали, что на один день не приедут, только если оплатить три дня.

– Ладно, не надо, – сказал он и пошел один.

Однако в больнице его отказались обследовать без сопровождающего. Пришлось заплатить знакомому, который подрабатывал в округе, чтобы тот пошел с ним. Как и во время операции, в его жизни не оказалось ни одного человека, который бы пришел к нему не ради денег. Он тяжело вздохнул, не зная, как проживет оставшиеся годы. Теперь ему казалось, что так жить нельзя.

Если бы после смерти перед Богом его попросили назвать хоть одного человека, которого он искренне любил, Гук, вероятно, не смог бы вспомнить никого.

Это была не жизнь.

Лишь к своим шестидесяти с лишним годам Гук наконец осознал, что одними деньгами не решить проблемы жизни. И тогда он понял, что пора что-то менять.

Юми вошла на кухню и вынесла приготовленный рис с говяжьим бульгоги.

В красивую глубокую миску она положила мягкий белый рис, сверху выложила горячее мясо, украсила его морковью и жареным яйцом. Затем посыпала мелко нарезанным зеленым луком и кунжутными семенами. Аромат жареного мяса щекотал носы гостей.

Юми приготовилась накладывать еду.

Йонсун, держа ложку в руках и с нетерпением ожидая своей порции, вдруг с любопытством спросила у дяди Гука:

– Гук, вы ведь такой бережливый человек. Почему же тогда потратили целый миллион вон?

Она подслушала разговор Юми и дяди Гука.

Гук резко вспылил:

– Ха, ну что за разговоры! Вы хотите сказать, что, если человек попал в беду, нужно просто пройти мимо? Да этот мерзавец и не отстал бы, если бы я ему не заплатил, это же сразу было видно! А еще Ким Кёнджа… Она ведь даже те шесть тысяч вон у меня брала нехотя, а потом, боясь, что я останусь голодным среди ночи, приносила мне говядину с рисом! Она для меня как благодетель. Когда я протягивал ей десять тысяч вон, она всегда пыталась дать сдачу, даже если я отказывался ее брать. Как можно было не помочь такому человеку?

В этот момент Тетушка громко расхохоталась:

– Хо-хо-хо! Да все это потому, что мужчине понравилась женщина, но он не хотел в этом признаваться, вот и прятался за предлогами! Хо-хо-хо! Старик Гук, если нравится – так и скажи!