Книга Город, который нас не помнит, страница 65 – Люсия Веденская, Катя Рут

— Думаю, мы уже ближе, чем кажется. Просто ответы не всегда в бумагах.

Они вернулись в архив после короткого обеда на площади — хлеб, сыр, крепкий кофе из крошечной лавки. Эмми вытирала крошки с пальцев, перебирая в голове возможные варианты.

— Мы все смотрим на Данте, на его мать, на их отъезд. Но ведь он не один в этой истории, — сказала она, когда они снова оказались за скрипучим столом. — Может, стоит взглянуть на другого мужчину. На Альдо.

— Россо? — уточнил Лукас. — Тот, чью фамилию она потом оставила?

— Именно. Он был старше ее. У них уже был ребенок, когда они уехали в Америку. Думаю, он мог быть из более «устроенной» семьи.

— Еслиустроенной — значит, влиятельной. А значит, оставившей следы.

Они начали перебирать записи по фамилии Россо. Не по прямым линиям — таких записей почти не было, слишком распространенная фамилия. Но цеплялись за косвенные совпадения: упоминания о земле, аренде, долговых документах, судимых родственниках, сделках, заключенных с указанием имени.

И вскоре всплыло странное: за несколько лет до отъезда Альдо из Италии, его отец фигурировал в судебных бумагах — по делу о нелегальной торговле. Упоминалась винодельня, связанная с контрабандой, и фамилия Россо — на уровне второго круга участников. Ничего прямого, но и не случайного.

— Видишь? — Эмми указала на строчку. — Это не доказательство, но намек. Вот тут говорится, что старший Россо «был близок к людям, уже привлеченным по делу». А вот здесь — что «его участие не доказано, но требует дальнейшего наблюдения».

— Звучит как привычный почерк мафии: ни к чему не прикопаешься, но всем все ясно. — Лукас провел пальцем по полям документа. — А если его семья действительно была связана с криминальной структурой… Это многое объясняет.

— Например, почему его смерть в Нью-Йорке была оформлена как несчастный случай. И почему тело нашли на Фронт-стрит, а не рядом с их домом. — Эмми говорила медленно, слова сами складывались в цепь. — Фронт-стрит. Квартира Данте. Ты же сам говорил — вряд ли случайное совпадение.

Лукас медленно кивнул.

— Тогда, может быть, Данте не просто помогал Анжеле после гибели мужа. Может, он знал, что за этим стояло. Может, хотел защитить их.

Они переглянулись. На этот раз — не с усталостью, а с холодным предчувствием. История, которую они раскрывали, больше не выглядела просто трагичной. В ней нарастало нечто опасное.

— И если семья Россо действительно была связана с мафией... — тихо сказала Эмми, — значит, Анжела, возможно, с самого начала жила в этом мире. Даже до Данте.

— И, возможно, именно поэтому она осталась в нем.

Последний вечер в Сицилии выдался на удивление тихим. Ветер уже не казался таким острым, как в первые дни, и в воздухе чувствовалась усталая сладость: апельсиновая кожура, печеный хлеб из соседнего дома, пыль старых дорог.

Они сидели на крыльце арендованного домика, укутавшись в пледы. Лукас потягивал вино из керамической чашки, Эмми разминала пальцы, пытаяськак-то сконцентрироваться.

— Не дом, — вздохнула она. — Но хотя бы ферма. Хотя бы след. — След не самый очевидный, — отозвался Лукас. — Но честный. Такой, каким и был, наверное, Данте. — Не думаю, что он прятался по жизни, — сказала Эмми, глядя вперед. — Он просто не оставил после себя легенду. Только память.