Книга Гостиница для попаданки «Незабудка», страница 48 – Ника Цезарь

Я же, выдохнув, упала в плетёное кресло, в котором сидела ранее.

Я давно перестала удивляться поворотам жизни, мне кажется, ещё задолго до попадания в этот мир. Поэтому блуждающие единороги в моём саду не вызывали во мне тихие, а порой и не очень, вздохи восторга, как у Джессики. А вот бивший в висок настойчивыйвопрос заставлял задуматься. Почему они пришли именно сейчас? Почему их не было раньше? Я ли тому виной, или есть то, чего пока не знаю?

— Я, наверное, должен извиниться? — совсем не похоже на констатацию факта, спросил Мартин.

— Должны, — прямо глядя в его глаза, что обиженно сверкнули под насупленными бровями, я с интересом наблюдала, как он тихо закипает. И как только, с его-то темпераментом, в лекарях оказался? Хотя, судя по его семье, он свой путь не выбирал.

— Прошу простить! — скрепя сердце, со свистящим выдохом сквозь зубы, проговорил он.

— Прощаю, — милостиво ответила я.

В конце концов, я простила его сразу, как только шиллинги за его пребывание в моём поместье перекочевали в мой кошелёк. Это грело душу гораздо сильнее, чем слова. Я давно научена жизнью, что слова — это пустое…

— Будем рады видеть вас у нас ещё! — сладко пропела я, подавая сигнал Полли, что стояла поодаль от меня.

— Ну да, — фыркнул Мартин, обводя ободряющим взглядом своего нетерпеливо бившего копытом коня, — скажите лучше правду, что видеть меня здесь не желаете.

— Отчего же? Вы — щедрый постоялец! Таким мы всегда рады, — пожала я плечами, принимая свёрток от Поли, в то время как Мартин открыто рассмеялся, а после одним взмахом взлетел в седло. — Вот, возьмите!

— Что это? — впился с подозрением взглядом в протягиваемый мною свёрток.

— Кусок пирога, немного свежей пастилы из фейхуа… скромный перекус, но это лучше, чем ничего, — улыбаясь, я всё ещё держала руки вытянутыми. Свёрток он брать не спешил, задумчиво сверля взглядом.

— Пастила — это что?

— Такая сладость, — лаконично ответила я, мысленно поминая недобрым словом свою неосторожность.

— Отравлен?

— Ещё чего… вас же просто так со свету не свести! Лекарь, как-никак, вылечитесь… — уже жалея о своём порыве, я всё ещё держала руки вытянутыми, а улыбка из доброжелательной превратилась в натянутую.

Что поделать, я и в прошлой жизни никого из дома с пустыми руками не отпускала, вот и сейчас… Он же лихач! Останавливаться перекусить не будет, максимум — сделает остановку, чтобы напоить коня и дать ему немного передохнуть, и дальше бросится в путь. А как же сам?

Я велела Донни проследить, чтобы его фляги были полны чистой водой, а Полли — подготовить свёрток. Зря!

Только я решила, что он так его и не возьмёт, и улыбка слетела, словно осенний лист от порыва ветра, как он, резко наклонившись, выхватил егоиз рук.

— Благодарю! До новых встреч, леди Баваро! — проговорил, резко пуская коня в путь.

Я не успела ответить, да он и не ждал, когда подстёгивал своего жеребца скорее мчаться прочь, поднимая за собой столб пыли.

Откашлявшись, я дождалась, когда его фигура исчезнет за поворотом, ведущим к деревне, и медленно побрела в дом.

— Словно за ним сам дьявол гонится, — сокрушалась я, — так и шею свернуть недолго. Стоп! Что значит, до новых встреч?! — совершенно не аристократично застонала я вслух. Есть такая категория клиентов, что вроде и платят, но нервы трепят как не в себя… От них порой вреда больше, чем денег. Я практически уверена, что Мартин — именно из такой категории.