Книга Гостиница для попаданки «Незабудка», страница 166 – Ника Цезарь

— Очень. Это мои брачные браслеты.

— Тем более! — ошарашенно вскинула я голову и впилась взглядом туда, где, как мне казалось, должны быть глаза.

— Не бойся. Они мне больше не нужны. Моя искра не выбрала меня, и, если она когда-нибудь переродится, то будет стремиться к другому. Когда же я верну себе воплощение, то моя судьба изменится, и меня будет ждать другая душа. Я создам для неё иные каффы, что будут только нашими.

Сомнение мелькнуло, словно искра, стремительно разгорающаяся в яркое пламя.

— А предназначенная тебе душа уже родилась?

— Да, — я услышала, как в его голосе смешивается бездна одиночества, предвкушения и удовлетворённости.

— Это Лили, ведь так?

— Любопытные выводы. Из чего они?

— Ты сделал всё, чтобы она родилась…

— Время откроет тебе истину, а теперь бери каффы. Как только ты с твоим драконом наденете их, они сольются с кожей и с вашими душами. Для любогодракона вы будете истинными.

— А если… — я взяла браслеты, но сомнение… — если у него где-то есть истинная?

— В этом воплощении у него не было пары. Из всех душ, что населяют этот мир, ты для него идеальна, но ты пришлая. Потому бери каффы и иди. Мне становится скучно, смертная.

Его голос зазвенел, напоминая, что он — не обычный постоялец в моей гостинице или важный аристократ. Он — создатель этого мира. Потому, отбросив все сомнения, я кинулась прочь, подхватив деревянную шкатулку с браслетами, ощущая на себе острый взгляд.

Стоило мне сбежать с лестницы, как замок исчез, а я оказалась на опушке леса.

— Софи, ты где была?! — взволнованный голос Калеба достиг моих ушей, пока я удивлённо осматривалась. Солнце садилось, а мы ещё не тронулись в путь. — Ты сказала, что пойдёшь попрощаться с лесом, а исчезла на весь день! — волнение слышалось в его голосе, а когда он крепко прижал меня к себе, то я ощутила и в его теле.

— Так было нужно, — уткнувшись ему в шею носом, я с удовольствием вдыхала любимый запах, — нас с тобой благословили…

— Что? — удивился он, разжимая объятия и, наконец, обращая внимание на то, что у меня в руках.

— Сейчас увидишь… — хитро улыбнувшись, достала из шкатулки первую пару и застегнула их на своих запястьях, а потом предвкушающе проделала то же самое и с его руками.

— Ты так послушно отдаёшься мне во власть?

— Тебе? Всегда!

Каффы засверкали, а потом словно растворились в коже. После чего тёплая волна накатила на меня, отчего я пошатнулась и, если бы не крепкая рука Калеба, вовсе бы упала. Хотя и в его глазах я видела удивление и оторопь. Эмоции — дикие, жгучие, захлёстывали нас, смешиваясь.

Казалось, моё зрение стало острее, как и обоняние. Запахи были везде: острые, терпкие, сладкие… Но больше всего меня манил тот, что исходил от моего дракона. Он вызывал глубокую жажду обладания.

Мы долго стояли, прижавшись друг к другу, понимая и принимая, что отныне для нас мир изменился — теперь весь мир сводился к нему одному. Точно такую же истину я видела в его глазах. Нас связало. Я чувствовала его, слышала, как бегут его мысли, ещё не могла разобрать их, но время нам в этом поможет. Для нас больше не было иного мира, кроме нашей любви.