Книга Гостиница для попаданки «Незабудка», страница 24 – Ника Цезарь

— Поэтому вы залезли в долги? Из-за болезниматери? — вспоминая ночной разговор дяди с племянницей, поинтересовалась я.

— Да, — понуро опустила она голову, — её съедала чёрная хворь. Могли помочь только магические настойки, но сами понимаете… это стоит очень дорого. И хорошо, что Яни решился одолжить нам такую большую сумму. Поверьте, он не такой уж и плохой, как вам могло показаться. Он ведь мог и отказать…

— Ко мне не явятся жандармы по вашу душу? — картина вырисовывалась в голове грустная. — Я так понимаю, долг вы ещё не отдали…

— Вы же будете нам платить? Я буду отправлять эти деньги Яни, а Джимми постарается найти нам еду. В деревне с этим должно быть проще, знаете, какой он шустрый и ловкий?! Он за всё берётся! Он всё сможет!

— О, это я уже поняла, — улыбка помимо воли расцвела на губах. Пацан действительно хватался за всё железной хваткой; но как же его детство? — А сколько ему лет? — между тем решила уточнить я.

— Десять, — гордо заявила Полли, — а мне — семнадцать! Вы не смотрите, что мы такие худые, мы многое можем!

Грусть растеклась по душе, а сердце защемило. Они же ещё дети! Но вынуждены уже сами пробиваться к солнцу. Но что поделать, этот мир такой, да и мой старый был таким же, если вспомнить историю, а может быть, даже и хуже.

— Посмотрим, — скупо обронив, я вновь повернулась к заднему окошку и проверила фургон. На месте. — Всё же жизнь на постоялом дворе должна была быть более сытной, чем у вас, отчего же так сложилось?

— Яни не любит, когда работники на халяву едят при дворе, — с грустью проговорила девчонка, подтверждая мои подозрения. Он — жмот и скупердяй, готовый продать родную племянницу. И как бы нам ещё с ним горя не хлебнуть…

Постепенно день стал катиться к закату, извозчики зажгли фонари, не желая останавливаться на ночёвку, а мои спутницы, успокоенные мерным ходом колёс, заснули. За время пути мы остановились только однажды; лошадям нужна была передышка, да ведро чистой воды, да и мы с удовольствием размялись, справили свои дела и доели булочки. Ах, как прекрасен детский восторг! Даже если скрывается за напускной серьёзностью! Глаза Джимми горели, когда он уминал булку за обе щёки, следующую парнишка ел уже гораздо медленнее, но не менее радостно, он смаковал её, а я решила по приезду завести тесто. Всегда любила готовить, и, кажется, поводов для этогоу меня стало гораздо больше.

На мост, ведущий к заповедному лесу, мы вступили, когда антрацитовая вуаль затянула небосвод, и серебряные звёзды ярко засверкали на нём.

Подъезжая в ночи к поместью, я нетерпеливо перебирала пальцами. Надежды на то, что меня дождались так поздно мои домочадцы, не было, но так хотелось зарыться носом в кудряшки моей Лили и вдохнуть полной грудью её детский аромат. Мышцы невольно напряглись, руки желали обнять её. Но придётся терпеть до утра.

Каково же было моё удивление, когда берлин остановился на подъездной аллее около крыльца посреди ночи, и моя нога ступила на землю, а в меня тут же врезался маленький вихрь.

— Мама! — с непосредственным детским блаженством произнесла Лили, в то время как тепло разлилось по моему сердцу.

— Лили, — выдохнула я, поднимая её на руки и прижимая к сердцу, — моя Лили! Что же ты не спишь, малышка? — заглянула в её сверкающие голубые глаза.