Онлайн книга «Сад за дверью»
|
«Обнаружен аппаратный ключ доступа. Проверка прав…» Права. Право крови. Марк, не раздумывая, прижал большой палец свободной руки к сканеру отпечатков на корпусе. Машина жужжала, процеживая данные. Прошло десять томительных секунд. «Проверка биометрии… Совпадение с защищенным профилем: 91.3%. Доступ разрешён. Активация чёрного хода.» Кристалл в центре Хроноскопа вспыхнул. Но не синим — золотым, тёплым, почти солнечным светом. Из его глубины выступил голографический интерфейс, простой до аскетизма: одна кнопка с надписью «Диалог». Марк нажал на неё в воздухе. Экран основного монитора ожил. Но на нём не было интерфейса. Была комната. Цифровая проекция. Кабинет с книжными полками до потолка, заваленный чертежами стол, запах старой бумаги и пайки. И в кресле у стола, спиной к Марку, сидела фигура. Не тень. Чёткий, детализированный аватар. Седая, коротко стриженная голова, старый домашний кардиган. Фигура не оборачивалась. — Зачем ты пришёл? — голос прозвучал из колонок. Голос Льва. Тот самый, что прорывался сквозь статику, но теперь — ровный, контролируемый, бесконечно усталый. — Ты должен был остановиться. Теперь ты всё разрушишь. — Я пришёл, потому что моя дочь теряет сны, — твёрдо сказал Марк, глядя на спину деда. — И потому что ты — мой дед. И мы оба в этой яме по уши. Хватит прятаться. Аватар в кресле вздрогнул. — Я не прячусь. Я охраняю. Система хрупка. Моё… моё состояние нестабильно. Если я допущу эмоции, если я признаю… — он замолчал. — Если признаешь, что мы семья? — договорил Марк. — Что ты наблюдал за мной, за Лизой, и делал вид, что мы просто «Случай №001»? Лев резко повернул кресло. Его цифровое лицо было работой мастера — каждая морщина,каждый след усталости вокруг глаз были проработаны. Но глаза… глаза были живыми. Наполненными такой болью и страхом, что Марка передёрнуло. — Я не делал вид! — голос Льва сорвался. — Я… я боялся поверить. Боялся, что это галлюцинация. Что мой разум, запертый здесь, начал выдумывать утешительные сказки. А если бы я поверил и ошибся… это убило бы то, что во мне ещё осталось человеческого. — Дед, — Марк сделал шаг ближе к экрану, хотя знал, что это бессмысленно. — Мама прощает тебя. Она ждала. Она передала мне ключ. На лице Льва что-то дрогнуло. Он закрыл глаза на мгновение. — Алиса… — его голос превратился в шёпот. — Она… выросла. Стала матерью. А я… я стал машиной. Я не мог быть с ней. Не могу быть с тобой. — Ты уже с нами. Ты спас Лилу от той первой атаки. Ты посылал ей сны. Ты мигал мне зелёным. Это не машина. Это — ты. Лев открыл глаза. В них плескалось смятение. — Система на грани, Марк. Мой кризис… он вызывает волны «неснов». Они уже подступают к каналу. Если я не возьму себя в руки, если не стабилизируюсь канал разорвётся. И Лила... она не просто вернётся к пустоте. Она может потерять шанс на восстановление навсегда. Поле зарубцуется. Марк почувствовал, как леденит внутри. Но страх был теперь другим — ясным, холодным, мобилизующим. — Что нужно сделать? — Мне нужен… якорь, — медленно сказал Лев. — Что-то из реальности. Что-то, что напомнит мне не о боли, а о… связи. О чём-то хорошем. Система построена на логике, но её стабильность держится на эмоциональных паттернах. Мои паттерны. они испорчены виной и тоской. Марк посмотрел на ключ в своей руке. |