Книга Снежный феникс, страница 18 – Рона Рэйн

Снег слепил глаза, и мне приходилось щуриться, прикрывая лицо рукой. Лучи отражались от белоснежного покрова, создавая причудливую игру света и тени, от которой быстро уставали глаза. Но усталость и голод делали своё дело: с каждым шагом ноги тяжелели, мышцы ныли, а дыхание становилось всё более прерывистым.

Мне нужно было где‑то устроить привал, чтобы отдохнуть, восстановить силы. .

И тут, сквозь прищуренные от яркого света глаза, я заметила движение. Будто комочек снега ожил.

Он перемещался – медленно, рывками, то скрываясь за снежными волнами, то вновь появляясь. Сначала я подумала, что это игра света, обман зрения, вызванный усталостью. Но комочек продолжал двигаться, явно следуя какому‑то своему маршруту.

Собрав все оставшиеся силы, я бросилась к нему. Каждый шаг давался с трудом – снег проваливался под ногами.

А комочек тем временем свернул к одному неприметному каменному выступу и скрылся. Ругая себя за медлительность, я постаралась ускориться, но куда уж там – скорее ковыляла, чем бежала.

Под каменным выступом оказалась небольшая пещера. Я замерла на пороге. В самом центре сидел беляк.

Он был так похож на того, из детства… Тот же белый мех, только вот глазки были разноцветными: левый – светло‑зелёный, как весенняя трава, правый – небесно‑голубой, словно кусочек ясного неба.

Присев на корточки, я медленно протянула руку.

– Ну, здравствуй, маленький…

Но едва мои пальцы коснулись пушистой шерсти, беляк… растворился в воздухе.

Я подскочила на ноги, в ужасе попятилась назад.

Но не успела я сделать и трёх шагов к выходу, как беляк вновь появился – только теперь он был немного больше.

Усталость как рукой сняло. Всё тело наполнилось странным, пульсирующим теплом. Я вскрикнула и бросилась назад, но невидимые путы будто сковали движения.

– Стой, Аврора!

Пещеру наполнил глубокий, низкий голос – не грозный, но властный. Он звучал повсюду – и в камнях, и в воздухе, и в самом моём сердце.

Я замерла, тяжело дыша. Поворачиваться не хотелось – страшно. Но и оставаться спиной к неведомому было невыносимо. Медленно, я развернулась. И столкнулась с разноцветнымиглазами беляка. Зверёк не шевелился, но взгляд его был осмысленным.

– Или тебе больше нравится имя Эванджелина? – раздался тот же глубокий голос, но теперь он исходил будто из самого беляка.

– Кто ты?! – дрожа от страха, выкрикнула я, отступая на шаг.

По пещере прокатился глубокий старческий выдох – не из уст, а будто сама горная порода ожила, задышала, заговорила. Звук наполнил пространство, проникая в каждую клеточку тела.

– Я дух Севера, принцесса.

– Ты выглядишь как беляк!

– Знаю, – голос звучал мягко, с оттенком усмешки. – Но в твоей голове из этого мира лишь образы твоих родителей, снежного феникса и этого зверёныша. Образы твоих родных я не могу использовать – это было бы слишком жестоко. Снежного феникса…

Голос замолк на секунду.

– Арон Лэнорд. Твои чувства к нему неоднозначны. Детская влюблённость, давно забытая, и взрослый страх – опасная смесь. Поэтому образ этого животного самый для тебя безопасный.

Я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Слова духа проникали в сознание, вскрывали то, что я сама старалась не замечать.

– Откуда вы знаете, что в моей голове?

Очередной протяжный выдох заставил меня вздрогнуть. Казалось, сама пещера вздохнула, обволакивая меня теплом и покоем.