Книга Пятая попытка для обреченной вдовы, страница 66 – Ника Цезарь

– Господин Мурье – наш поставщик кожи, – тут же отчеканил Луи.

– Кожи? – удивлённо переспросила я, но тут же мысленно себя укорила. Конечно! Она тоже нужна.

– Да.

– Я всегда рада нашим поставщикам. Но хотела бы знать, почему вы разговариваете на повышенных тонах с моим управляющим, – слегка склонив голову к плечу, я, не отводя взгляд, смотрела на краснеющего от гнева мужчину. Он был похож на чайник, который вот-вот закипит.

– Да как вы смеете?! Вот из-за того, что ваш отец не соизволил подсуетиться и оставить после себя достойного наследника, дела на фабрике катятся в бездну!

– На вашем месте я бы очень аккуратно вспоминала моего отца, – холодно проговорила, поворачивая голову к Луи и подходя к столу, где были небрежно кинуты документы. На моего управляющего это не похоже. – Этот господин не в состоянии цельно сформулировать мысль, так просветите вы меня, господин Карно. Что он здесь делает и почему кричит?

– Он хотел бы получить оплату за поставку кожи, нопо договору у нас есть ещё неделя для оплаты.

– Да все уже в курсе, что вы загнётесь! Я требую свои деньги!

– Успокойтесь! – обрубила я заходящую на новый круг истерику. – Закон на нашей стороне. И вы получите свои деньги через неделю и не раньше! – даже если бы у меня в данную минуту были свободные деньги, я бы ни за что не выплатила их ему. Истерит почём зря! – Мы с вами расплатимся, а после разорвём любые деловые отношения. Мы, господин Мурье, выкарабкаемся, а вы с таким подходом к делу загнётесь. А теперь пойдите прочь! – кинув взгляд на дверной проём, я довольно отметила появившуюся охрану.

– Не смейте мне приказывать! – подскочил он ко мне, брызжа слюной.

– Хватит! – герцог сделал плавный шаг и встал между мной и мужчиной. – Вы, господин, видно, совсем забыли о манерах, разговаривать так с дамой не достойно! Да и с деловым партнёром так себя вести не достойно!

– А вы ещё кто?! – прищурился Мурье, сбавив тон, и медленно заскользил по фигуре герцога взглядом.

– А вы подумайте, если есть ещё чем… – язвительно протянул Себастьян, гордо вскидывая голову.

Мужчина задумался, тревожно нахмурившись. Я видела, как его взгляд метнулся к золотистым волосам, прошёлся по гордой осанке, дорогой ткани идеально сшитого костюма, отмечая тонкий узор по краям, какой позволялся только королевской фамилии и близким родственникам. Осознание пришло внезапно, отчего он резко побледнел и утратил весь норов.

– Прошу меня простить, герцог Кеннингтон… – неуклюже поклонился мужчина.

– Не у меня вы должны просить прощения, – тот отступил, позволяя мне выйти вперёд. Мурье зло сверкнул взглядом, но не сказал и единого грубого слова, поклонившись теперь мне. – Думаю, что вы оскорбили даму гораздо сильнее. Нарушили её душевный покой. Каждый благородный мужчина знает, что женщины – существа с тонкой душевной организацией… – он давил своим взглядом, заставляя того кланяться всё ниже.

– Прошу меня простить, госпожа Фоксгейт, – со скрипом произнёс мужчина, сделав ещё одно усилие. Для пуговиц на его пиджаке это стало последней каплей, они со звоном разлетелись по кабинету.

Их владелец смущённо выдохнул, оглядевшись, пока мы все поражённо замерли.

– Прошу простить! – он стремительно попытался ретироваться. Вот только в дверях уже столпился народ. – Да отойдите вы! – рявкнул, вновь забыв о манерах. Вот только карма в лице Ру настигла его молниеносно.