Книга Пятая попытка для обреченной вдовы, страница 111 – Ника Цезарь

– Мы были не на простых складах, там по большей части я проводил свои разработки… – устало прикрыв глаза, протянул папочка.

– Мы уже знаем, господин Фоксгейт, – констатировал некромант. – Вы разрабатывали там «Чёрную смерть», за которой охотятся злоумышленники.

– «Чёрную смерть»? – удивлённо переспросил отец. – Нет, конечно! Она хранится в другом месте… – он тут же закашлялся, стараясь скрыть, что сболтнул лишнее. – Там я проводил разработку «Огненного вихря»!

– «Огненного вихря»? – теперь уже мы удивлённо переспросили его.

– Да. Это жидкость без цвета и запаха, которая при попадании малейшей магической искры воспламеняется, а потом – никаких следов…

– «Огненный вихрь» мог стать источником пожара? – тут же выцепил главную мысль Блэйкмор.

– Конечно.

– Но такие разработки должны храниться в защищённых тарах? – прищурившись, продолжал он расспрашивать.

– Верно, но там были образцы. Кристель не смогла бы их воспламенить, но Грейвстоун… одно неосторожное заклинание, и склад бы загорелся, а дальше огонь добрался бы и до запасов. Фабрика не смогла бы уцелеть…

Прикрыв глаза, я печально качнула головой. Вот и причина возгорания. Я прекрасно могла себе представить, как несчастная преданная девушка видит, что её отца повергли. Её обуревают чувства, паника и страх, она истерит, может быть, кричит. Грейвстоун тоже в панике, стремится заткнуть ей рот, а для мага использование магии так же естественно, как для меня – дышать. Случайная магическая искра… И вспыхнуло пламя.

– А вы не прикрываете ли свою дочь, господин Фоксгейт? – задумчиво протянул Блэйкмор.

– Что? Да как вы смеете?! – возмутился папенька. – Моя дочь чиста, как утренняя роса!

– В ваших глазах! Она же ваша дочь. Вы бы наверняка сделали всё, чтобы её обелить… Даже если бы она связалась не с тем, если бы предала вас и наше королевство.

– Не смейте! – вены вздулись на его висках, а в голосе прорезались стальные нотки. – Не смейте марать имя моей дочери своими погаными догадками!

Лекарь, слушавший разговор как и я – в сторонке, подскочил.

– Стоп! Хватит! Теперь ваши вопросы уже напрямую влияют на самочувствие моего пациента. Блэйкмор, проваливайте! – отчаянно встал он на защиту папеньки.

– Ещё немного! – не отступал тот. – Вы узнали, что ваша дочь сговорилась с женихом и решила украсть ваши разработки. Вы кинулись следом! Как же?! Вы же в ней души не чаете и не могли допустить, чтобы она спустила свою жизнь! Вы догнали их уже на складе, попытались остановить, вышла драка. Ваша дочь схватилась за «Огненный вихрь», а Грейвстоун случайно кинул искру…

– Нет! Моя дочь ни при чём! – рычал он, краснея. – Я бы никогда! Слышите?! Никогдане предал бы своё королевство! Я отдал ему всё! Был верен! И никогда – слышите? – даже не помышлял о предательстве!

Он дышал тяжело, с хрипами, отчего лекарь, бросая злые взгляды на некроманта, судорожно принялся готовить микстуры, вливая их в мужчину, при этом помогая их усвоению магией, которая золотистым светом струилась из его ладоней. Мужчины же словно не замечали суматохи, не разрывая упрямого взгляда.

– Блэйкмор, уйдите! – не выдержала я, встала между ним и отцом, с силой ударив его по груди. – Не видите, что ему из-за вас плохо?! – злость и обида давали сил, кипя во мне и помогая толкать его в грудь. – У-хо-ди-те! Немедленно! – кричала я.