Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 88 – Ната Лакомка

– Пока у нас только два сольдо, – уныло протянула Ветрувия.

– Не грусти, всё наладится. Вот увидишь, – пообещала я ей. – Завтра опять сгоняем в город…

Но назавтра поездка в Сан-Годенцо сорвалась.

Когда мы вернули лошадь и повозку владельцу, то получили четверть часа эмоциональной ругани за то, что вернули позже, чем обещали, хотя я пыталасьобъяснить, что понятия «сумерки» и «темно» у нас очень разные.

Кроме того, синьор Луиджи наотрез отказался давать нам лошадь на следующий день.

– На эти два дня лошадь нужна мне самому! – заявил он, тараща глаза и бурно жестикулируя. – Да, дорогая синьора! Представьте, я тоже имею какие-то дела, а лошадь – по какому-то недоразумению – принадлежит мне, а не вам! Завтра я уезжаю в Сан-Антонио, там живёт мой брат, и у него именины! И остановить меня сможет только Господь Бог! Кроме того, я больше не принимаю плату вареньем. Да, дорогая синьора, то, что вы мне прислали в последний раз, ничуть не похоже на ту горелую траву, что я получил от вашей свекрови, но варенье я ем по ложечке в день. Это мне городской врач порекомендовал, чтобы желчь не застаивалась. Так что того варенья мне хватит на месяц, а больше я брать не буду.

– Но почему, синьор Луиджи? – смогла вставить я словечко, когда он перевёл дыхание. – Возьмите про запас…

– Чтобы через неделю оно прокисло?! – вскипел он с новой силой. – Нет, дорогая синьора! Хотите получить через два дня мою лошадь – заплатите десять сольдо, будьте добры! А в конце месяца я, так и быть, куплю у вас свежего варенья.

– Дорогой синьор! – ответила я с воодушевлением. – Можете не волноваться, наше варенье не испортится ни через неделю, ни через месяц. Даже через год оно будет таким же свежим и вкусным, как сейчас. Ну, может, немного загустеет…

– Через месяц?! Через год?! – синьор так и подпрыгнул, размахивая руками уже над головой, и я про себя подосадовала, что врач не прописал ему лекарство от бешенства. – Да вы, хозяйка, никак открыли эликсир бессмертия с философским камнем в придачу! – продолжал синьор Луиджи. – Чтобы варенье не портилось годами? Что за выдумки?

– Почему же выдумки? Мёд ведь не портится, – подсказала я, и синьор озадаченно замолчал. – Мы варим варенье по старинным рецептам, – произнесла я таинственно. – Вы ведь заметили разницу во вкусе? А специально по рекомендации вашего врача я сварю для вас варенье, что разбавляет и изгоняет желчь. У моей бабушки был чудесный рецепт как раз для этого случая.

– Вкус другой, заметил, – синьор Луиджи смягчился, но потом опять затряс головой: – Только в ближайшие два дня лошадь не просите! Мне надо навестить брата в Сан-Антонио, у него именины!Потом можете приходить. С моим вареньем!

Он энергично кивнул нам с Ветрувией и повёл лошадь в конюшню, а мы отправились на виллу «Мармэллата».

Получается, увидеть, как Марино Марини станет завтракать в «Чучолино», была не судьба. Потому что топать пешком до города, чтобы успеть к половине девятого, я не была готова. Даже ради прекрасных глаз некоего адвоката. Но унывать нет смысла. В конце концов, мне важен результат, а не процесс. К тому же… меньше видишь – меньше думаешь.

До дома мы дотащились уже в темноте. Зажгли свечки, умылись, поужинали сыром с хлебом, даже не найдя в себе сил, чтобы вскипятить воду для травяного чая.