Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 56 – Ната Лакомка

Уже не переживая за ступени, я взбежала по лестнице и всплеснула руками, с восторгом оглядываясь по сторонам.

На первом этаже пол был из серого камня, из грубо отесанных широких плит, от которых даже в полдень веяло холодом, а здесь пол был выложен деревянной плиткой. Тёмные и светлые квадраты располагались в шахматном порядке, стены были окрашены в тёплый золотистый цвет, а дверные проёмы и рамы окон были ослепительно-белыми. Потолочные балки были покрыты искусной резьбой, а в конце коридора двустворчатые двери стояли, распахнутые настежь, и солнечные лучи косо падали на красивый резной деревянный комод, на котором стоял такой же резной сундук на высоких ножках.

Свадебный сундук! Я помнила про них из римской экскурсии. Предмет гордости хозяев дома, такой сундук должен был быть в каждой уважающей себя семье. Я подбежала к комоду и не удержалась – сразу же заглянула в сундук.

Увы, он был пуст. Но я всё равно засмеялась и выглянула через двустворчатые двери, щурясь от солнца.

Это была открытая лоджия. Резные столбики балюстрад походили на стройные берёзки, а дикий виноград обвивал перильца, словно крона. От этого так повеяло моей далёкой родиной, что слёзы на глаза навернулись. Да, там не рос виноград, и апельсины не падали на землю, но вот эти берёзки…

– Спасибо, – сказала я, шмыгая носом. – Ты такой умница! Как тут всё красиво!.. – я хотела ещё похвалить дом, но не сдержалась и заревела.

Просто почувствовала себя совсем одинокой, потерянной, никому не нужной… Только этот дом понял и принял меня.

На солнце набежала сиреневая тучка, и над садом зашелестел дождик. Не дождь, а именно – дождик. Мелкий, прохладный, острожный. Словно сад загрустил вместе со мной – потому что не понял причин моей грусти.

– Не обращай внимания, – сказала я, вытирая слёзы. – Это нервное. Мне очень здесь нравится. Это ведь ты постаралсядля меня? Какой ты милый!

Разумеется, ответа я не получила, но вместо этого приоткрылись двери в коридоре, словно приглашая меня посмотреть все комнаты.

Я вернулась в коридор, но не успела заглянуть в первую комнату, как снизу послышался испуганный голос Ветрувии:

– Апо! Где ты? Отзовись, Апо!

– Поднимайся на второй этаж! – крикнула я. – Тут чудесно!

Ветрувия замолчала, но через минутку я услышала робкий стук каблуков на лестнице, и вскоре моя подруга поднялась ко мне, оглядываясь с таким же изумлением, как и я, но без особого восторга и даже со страхом.

– Что это? – спросила она шёпотом, на всякий случай взяв меня за руку.

– Наш дом! Не видишь, что ли? – засмеялась я. – Здесь красиво, правда?

– Здесь как в палаццо у герцога Миланского… – выдохнула Ветрувия. – Как ты это сделала?

– Это… это здесь было, – ответила я и потащила её осматривать комнаты.

– Было?.. – повторила Ветрувия с запинкой. – Ты уверена?

Я предпочла не услышать её последнего вопроса.

– Представь, как здорово мы тут устроимся! – дом нравился мне больше и больше.

Гораздо приятнее спать в чистенькой комнате с евроремонтом, чем в обшарпанном помещении на каменном полу, бросив поверх него матрасик.

На втором этаже были три комнаты, и во всех мы обнаружили хорошую, добротную и красивую мебель – три кровати, три стула, шесть стульев в виде буквы Х на изогнутых ножках. Такие стулья итальянцы переняли из критской культуры. Очень изящно и элегантно. Я бы и в своём времени от таких не отказалась.