Онлайн книга «Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1»
|
Вот. Хотела спрятаться от проблем, как страус – голову в песочек сунуть. Хоть на один день, да подумать только о приятном. Подумала!А Занха не думал! Уже в суд побежал! А что не побежать – если вчера получил по шее? Понял, что силой ничего не добьётся, решил действовать через суд… – Боюсь, синьора, вашего кредитора волнуют только его деньги, – мрачно сказал Марино Марини. – Вы мой адвокат или его?! – взорвалась я. – Посоветуйте что-нибудь! – Попробуем добиться отсрочки долга в связи с обстоятельствами – я о внезапной смерти синьора Фиоре, – пожал плечами он. – Но, скорее всего, суд потребует обратить ваше имущество в счет долга – дом и землю. Вам оставят десятую часть от всей вырученной суммы. Мы привлечём к этому делу церковь, они защищают вдов… Его лошадь опять всхрапнула и дёрнула головой, явно собираясь уходить, но хозяин крепко удержал её под уздцы. – Нет! – я перепугалась по-настоящему. – Эту усадьбу нельзя продавать… – и осеклась. Не могла же я сказать, что этот сад – живой. И дом – живой. И вряд ли он захочет, чтобы его продавали. – Учитывая обстоятельства – это было бы неплохим выходом, – сказал Марино. Вороная лошадь опять дёрнулась, и ему пришлось почти повиснуть на удилах, чтобы удержать её: – Сад и дом отлично выглядят, за них вы получите явно больше десяти тысяч флоринов. – Нет!! – заорала я уже в полную силу голоса, потому что увидела, как сзади к адвокату подбирается виноградная лоза, прямо в воздухе сворачиваясь петлёй. – Что? – вздрогнул он от моего крика. – Нет-нет-нет! – забормотала я, бросившись к адвокату и положив руку ему на плечо. – Нельзя-нельзя! – Но почему? – удивился он. – Недвижимость под залогом? – Нет-нет-нет! Не смейте!.. – я встала на цыпочки, положив левую руку ему на затылок, чтобы не оглянулся ненароком, а правой бешено замахав за его спиной, чтобы сад убрал свою лозу-удавку. – Нельзя продавать… Это же фамильный дом… Родовое гнездо… память… – Какое гнездо? Какая память? – ещё больше удивился Марино. – Вы же купили усадьбу в этом году. – Да, купила! – я смотрела ему в глаза, но абсолютно не видела его лица, потому что у меня в голове что-то разладилось, стоило лишь подумать, что сейчас на адвоката набросятся виноградные плети или полетят апельсины. – Но это – память о муже! Как я могу бросить это место? Это всё равно, что предать дорогого человека… всё равно, что забыть… – я бормотала,что на язык попадало, и краем глаза выглянула из-за плеча мужчины. – Что там? – тут же насторожился он и хотел оглянуться, но я схватила его за голову уже двумя руками. – Там нет ничего… ничего нет… – залепетала я. – Послушайте, Мариночка… Марино… Надо как-то сохранить эту усадьбу… Ну, придумайте что-нибудь… Вы же умный! И сильный! Вы всё можете!.. – Всё? – уточнил он, перестав вырываться из моих рук, и вдруг перевёл взгляд на мои губы. В любой другой момент меня бы это взволновало до печёнок, но сейчас было не до взглядов и двусмысленностей. Я снова выглянула из-за плеча Марино Марини, и увидела, что сад притих – виноград спокойно висит живописными плетями на ветвях деревьев, и апельсины уютно золотятся в листве, а не летят в адвокатскую голову. С облегчением выдохнув, я отпустила синьора Марини и заговорила совсем другим тоном – деловито и без придыхания: |