Книга Маленькая хозяйка большой фабрики, страница 10 – Ника Смелая

За занавесью лавки что-то загремело, послышались голоса. Василиса тут же принялась активно подмигивать обоими глазами сразу, будто её припадок хватил. Это выглядело настолько мило и смешно, что я даже забыла, что пребываю в шоке от всего происходящего. Прямо как утром… втянулась в разворачивающееся вокруг представление. Будто снова оказалась в музее пастилы, только куда более крупного масштаба.

Послушно встала со скамьи, как велела мне женщина, и медленным шагом направилась к прилавку. Полог за ним приоткрылся и прямо мне навстречу вышел мужчина.

«Как денди лондонский одет,» – подумала я, глядя, судя по всему, на того самого НЕГО.

Высокий симпатичный темноволосый мужчина сначала меня не заметил, но когда наши взгляды встретились, его будто перекосило. То, что он не рад меня видеть, было ясно, как белый день.

– Любовь Егоровна, – короткий кивок и шаг в сторону, чтобы со мной не столкнуться.

А я застыла на месте, разглядывая того, с кем, судя по словам Василисы, искала встречи. Тёмные глаза, обрамлённые густыми ресницами, широкие брови вразлёт, треугольное пропорциональное лицо с аккуратным носом и пухлые губы.

Мужчина был не просто симпатичным, он был красив и при этом очень мне кого-то напоминал. Если бы не лёгкая щетина и надменный взгляд, я бы сказала, что он – воплощение моих мечтаний. Высокий, стройный, широкоплечий, он тоже был одет как остальные. Только побогаче. Кожаные дорогие ботинки, сделанные явно на заказ, тёмно-серые брюки, белая рубашка под серой приталенной жилеткой, бабочка на шее и пиджак, больше похожий на фрак. Словно манекенили модель с обложки какого-нибудь журнала.

– Ну просто мистер Дарси, – вырвалось у меня.

– Кто, простите? – не понял мужчина. – Какой ещё мистер?

Мне стало неловко за то, что я, во-первых, стояла и откровенно на него пялилась, а во-вторых, не сдержала эмоций.

– Извините. Вы просто очень похожи на одного моего знакомого, – поспешила я исправить ситуацию.

Брови незнакомца взлетели вверх.

– И на кого же, позвольте поинтересоваться? – нахмурился мужчина. Выражение неприязни при этом с его красивого лица никуда не делось.

А я поняла, на кого именно. Я же в коме или где там. А тут всё похоже на события последнего, по всей видимости, прожитого мной дня.

– На Чуприкова, Карпа Фомича, фабриканта из музея, – честно ответила я.

Лондонский денди на миг опешил и взглянул на меня иначе. С беспокойством.

– Любовь Егоровна, вам нехорошо? – спросил он, присматриваясь. – Хотя я всегда знал, что у вас с головой беда. Так что неудивительно.

– Беда? – не поняла я.

– За пастилой пришли к чаю? – попробовал сменить тему мужчина. – Берите сколько хотите. Василиса, запиши на мой счёт. Денег с девушки не бери.

– Само собой, – ответила работница лавки.

– Не надо мне бесплатно. Я заплачу, – брякнула я, а потом поняла, что не знаю, есть ли у меня при себе деньги. Я же в коме. Может, тут их вообще не существует.

– Не стоит. Меня не поймут, если невеста моя станет за пастилу платить, – бросил щедрый гордец, морщась при этом так, будто лимон проглотил. А затем кивнул в знак прощания и направился к выходу.

– Никакая я вам не невеста, – возразила я. – Я вас вообще не… погодите-ка. Невеста?

– Плохо ей стало, Пётр Карпович. На солнышке перегрелась. Её нянечка привела, посадила на лавку, а я подумала, что подстроено это. Ну, чтоб с вами увидеться, как обычно, – встряла в наш диалог Василиса.