Книга Прошлое (не) исправить, страница 61 – Виктория Цой

В груди что-то треснулось, надломилось и сжалось. Детство – самое уязвимое время в жизни человека. В этот период закладывается фундаментличности, формируется представления о правильном и неправильном. Видя перед собой лишь один пример, Богдан сделал неправильный вывод, приняв отцовскую жестокость за норму.

Все пазлы наконец сложились. Богдан Соколов не псих, а жертва абьюза со стороны родного отца, не оставившего маленькому ребёнку выбора. Он с детства был невольным свидетелем унижений своей матери, а позже и сам стал мишенью. В памяти всплывает фраза: «Я говорил твоей матери — надо было делать аборт…». Адекватный со здоровой психикой человек никогда не скажет подобных слов своему ребенку.

Выслушав эту историю, я не испытываю жалости ко взрослому Богдану, только к тому маленькому ребенку.

- Теперь понятно, в кого он такой, - сглатываю я.

- Дядя жёсткий и беспринципный. Для него нет преград, если дело касается денег. Именно поэтому совместный бизнес с моим отцом пошёл ко дну.

— То есть не твой отец виноват? — осторожно спрашиваю я.

То, что пытается сказать Миллер, совершенно не вяжется с версией Богдана. Неужели…

Кир усмехается одними уголками губ, однако глаза остаются серьёзными.

— Сокол уже рассказал свою версию, да?

— Говорил его отец предложил снизить комиссию за каждую привезённую машину, а твой был против. А позже выяснилось, что он за спиной осуществлял этот план, уводя клиентов из компании, — пересказываю я.

В ответ Кирилл грустно смотрит вдаль. В такие моменты моё сердце сжимается, и мне хочется сделать всё, лишь бы он улыбался. По-настоящему — глазами.

— Ну почти, только есть нюанс. Мой отец обнаружил, что дядя Влад через подставные фирмы начал переводить наших клиентов на сторону, предлагая сомнительные условия, ещё пока они числились партнёрами.

- Зачем он солгал?

— Два варианта: либо Сокол не в курсе подробностей, либо защищает отца. Нам удалось получить право на открытие официального дилерского центра в Новосибирске. Для финансирования строительства шоу-рума и сервиса мы привлекали инвесторов. Конкурентами на этом же праве была компания дяди.

— Кто в итоге победил?

Ранее я не интересовалась этой темой.

— Мы, — без тени хвастовства отвечает Миллер.

— Если вы выиграли, а они — нет, тогда что за командировка у твоего брата? Я думала, победа у них в кармане…

— Скорее не командировка, а частная инициатива за свой счет. Насколько мнеизвестно, дядя Влад отправил Сокола договариваться о месте строительства дилерского шоу-рума, сам улетел в Азию. Чтобы не отстать, вложил последние средства в попытке договориться о поставках машин напрямую, в обход официальных каналов. Это огромный риск – можно потерять все. Существует огромная вероятность наткнуться на ненадежного партнера или хуже – мошенников, - объясняет Миллер.

Новая информация обрушивается резким ливнем на голову.

- Отец Богдана поступил слишком опрометчиво и совсем непонятно, - предполагаю я. - Что движет им в этот момент?

- Деньги. Большие деньги способны затуманить разум.

Деньги – зло, которое слабый человек контролировать не в силах. Когда их мало, ты думаешь, как бы выжить и где сэкономить. Когда их много ты хочешь, чтобы их было еще больше. В погоне за ними люди забывают о человеческих качествах. Они забывают про чувства, становятся жестокими и беспринципными.