Книга Прошлое (не) исправить, страница 60 – Виктория Цой

— Исключено.

Кир заехал за мной после смены, чтобы позвать погулять вечером в Нагорный парк, расположенный на сопке. Отсюда в ясную погоду, город виден как на ладони. Ночью же здесь творится настоящее волшебство: тысячи огней освещают город превращая его разноцветную живую гирлянду. Сегодня солнце решило, видимо, взяло выходной, уступив место мелкому переменному дождику.

— Ты ставишь меня в неловкое положение.

— А ты ставишь в неловкое меня, — парирует он. — Хочешь мороженное?

Кир ведёт меня вниз по мокрой брусчатой тропинке в сторону фудтраков. Дождик взял перерыв, оставив хрустальную свежесть, от которой дышалось свободнее.

— Нет, не хочу. Не меняй тему.

Он резко останавливается, и я врезаюсь в него.

— Если девушка со мной, никогда не позволю ей платить, независимо в каких мы отношениях. Я так воспитан, Ди.

Его серьезный взгляд не оставляет пространства для возражений.

– Кстати, все-таки жду, что ты передумаешь, — он притягивает меня к себе. В этом жесте уже нет и намека на дружбу. В этот момент забываю, о чем я должна передумать. Все мое сознание захватывают прикосновения, от которых тело становится мне неподвластным. Собираюсь возразить, но Миллер опережает. Ловко накрывает мои губы своими и целует,по-взрослому, властно, выбивая воздух из лёгких.

— Ну, что? — улыбаясь, прищуривается он. До меня не сразу доходит, что он уже отстранился и наблюдает за моей реакцией. — Согласна?

— Я... – слова теряются. Я все еще нахожусь под воздействием его поцелуя.

В ответ раздается его низкий, бархатистый смех, от которого по коже пробегает легкая вибрация. Он напоминает далекий гром за горизонтом. Воздух в округе становится плотным, уютным, обволакивающим.

- Мне нужно время. Я не хочу торопиться, - ответ звучит отрешенно.

— Сокол? – догадывается.

— Будь его воля, он бы давно был здесь, — вздыхаю я. Мне нечего скрывать от Кира. Богдан поразительно настойчив. Вспоминаю вчерашнюю его атаку сообщений и мысленно содрогаюсь. Видимо, вчера он снова напился и вошёл в своё привычное состояние. Угрозы сыпались одна за другой. — Не понимаю, почему он себя так ведёт.

— Идём, — Кир переплетает наши пальцы. Несколько идущих на встречу девушек открыто улыбаются моему спутнику, однако Миллер будто не замечает этого, его мысли где-то далеко.

Мы проходим вдоль высоких деревьев и ухоженных клумб с красно-розовыми тюльпанами. Ветер раздувает волосы, а с моря доносится свежий, солёный воздух. На небе ни единого голубого просвета. Завтра тоже будет дождь.

— С детства мы росли вместе, наши отцы тесно общались, - начинает рассказывать Миллер. – Родители каждое лето привозили нас в деревню. Богдан всегда был веселым и открытым, но стоило приехать его отцу становился тихим и запуганным. Я не понимал в чем заключалась такая разница, пока однажды не увидел собственными глазами. В семь лет нам подарили крутые велосипеды со скоростями, и мы укатили с утра, вернувшись лишь под вечер. Ба с дедом никогда не ругали нас за поздние прогулки, но тот вечер был другим. Дядя приехал раньше. Он хотел срочно забрать Сокола, но, не застав его дома, пришел в ярость. Как назло, мы оставили телефоны дома. Когда вернулись, то дядя устроил ему настоящую взбучку, разбив Богдану губу. Тогда-то я понял причину его страха. Потом я случайно подслушал разговор своей матери с его. Она плакала и жаловалась, что отец Сокола поднял на нее руку, назвав ущербной.