***
Находиться в подземелье без поддержки драконьего амулета было гораздо тяжелее.
— Лорда маршала осудили. — Сержант Карно был хмур, однако голос его звучал по-деловому. — Казнь завтра в полдень.
Казнь? А как же вызов на поединок? Или это делается уже на эшафоте, во время последнего слова?
Надо обязательно узнать.
— И ещё такая штука. — Карно запнулся. — К лорду маршалуникого пускать не велено. Потому, госпожа, прошу: не задерживайтесь. И когда будете уходить, дайте всем понять, что вам не удалось повидаться.
— Обязательно, сержант, — серьёзно пообещала я. — У вас не будет неприятностей за вашу преданность.
Карно неловко улыбнулся, но прежде чем отпер последнюю дверь, что вела в самый глубокий коридор Каменной утробы, я спросила:
— А за что именно осудили маршала? Какие доказательства измены привели?
Сержант замялся. Попытался увильнуть от ответа:
— Наверное, лучше, если вы сами спросите у лорда маршала.
Однако я сумела поймать его взгляд, и спустя короткую паузу Карно сдался.
— Его обвинили, что он никак не пресёк ваше… сотрудничество с бунтовщиками в Виккейне. Более того, выгораживал вас, заминая неудобные моменты.
У меня помертвели губы. Выходит, лорду Ригхарду предъявили обвинение за мою встречу с Ковеном? Но кто же был императорским шпионом? Кто-то из солдат, спускавшихся в катакомбы?
— Кто?
Короткий злой выдох заставил Карно опустить глаза.
— Я… Заседание было закрытым, а я обычный сержант. Но говорят, перед судом выступал адъютант лорда маршала.
Я с трудом смогла вспомнить его: ничем не примечательную тень Ригхарда Непобедимого. Ну что же.
— Я запомню.
Как могильную плиту опустила.
Но даже такое окончание разговора устроило сержанта. Он отпер дверь, и спустя несколько десятков шагов уже знакомые мне солдаты вытянулись при виде нас во фрунт.
— Открывай! — велел сержант, и каменная дверь, неохотно подчиняясь усилиям крепких мужских рук, медленно отошла в сторону.
— Фонарь. — Карно подал мне светильник. — Мы ждём в стороне.
— Благодарю. — Я наградила его самой искренней улыбкой и с уверенностью королевы переступила порог каменного склепа, по недоразумению названного темницей.
— Леди Кассия.
Разумеется, лорд уже был готов к встрече. Всматриваясь в его лицо, я находила, что черты приобрели большую резкость, однако никаких иных перемен не замечала.
И это был добрый знак.
А вот не менее внимательно изучавший меня лорд Ригхард вдруг свёл брови на переносице.
— Почему на вас нет амулета?
— Он сломался, — беспечно ответила я. — Разве сержант Карно не поделился?
Лорд поджал губы.
— В общих чертах. Он сообщил, что вы в полном порядке и что подробности мне лучше узнать у вас.
Поскромничал сержант. Не захотел рисовать себя героем-спасителем. Потому, наверное, и карьерный взлёт ему не грозит — если, конечно, авантюра лорда Ригхарда не увенчается успехом.
А она увенчается.
Я поняла, что сжала кулаки, и поспешила расслабить пальцы. Легко улыбнулась лорду и самым светским тоном начала:
— Вчера в окно библиотеки, где я читала «Завет», вломился наёмник. Очень похоже на покушение на вас, только шумнее и без помощников в доме.
— Человек? — резко уточнил лорд, и я кивнула.
— От моей магии его защищал специальный амулет, кинжал тоже был зачарован. Наверное, поэтому у меня получилось разобрать личный отпечаток лежавших на нём заклятий — слишком много их было.
— Не ведьмак, — уверенно произнёс лорд Ригхард.
— Нет, — подтвердила я. — И не Ковен.
Наши взгляды встретились.
— Император, — уронил лорд. — Чтобы никто не подумал на него.
Я согласно склонила голову, а затем с любопытством спросила:
— Как вы поняли? Давно подозревали?
— Подозревал наравне с остальными вариантами, — признался лорд. — А убедился вчера ночью, когда император пришёл сюда.
— Он лично разговаривал с вами?! — Почему же Карно об этом не доложили?
— Да. — Лорд Ригхард криво усмехнулся. — Это ведь его замок, а значит, не представляет сложности открыть проход куда угодно.
Получается, нас могут подслушивать? Я с тревогой посмотрела на собеседника, и тот молча развёл руками.
Кто знает?
Что же, учту.
— И о чём император с вами разговаривал?
— Он, — лорд Ригхард устремил ничего не выражающий взгляд мимо меня, — пытался надломить мой дух. Намекал на вашу злую гибель. Однако, — эта усмешка блеснула драконьим оскалом, — я хорошо знал, что ещё девять месяцев подобное невозможно. И потому император ушёл ни с чем.
Воображение отчётливо нарисовало мне этот разговор:осуждённый против осудившего здесь, в кромешной, давящей мгле подземелья. Остро захотелось обнять лорда Ригхарда — он выстоял, не позволил надломить себя. Но я лишь плотнее запахнулась в плащ и тихо произнесла:
— Получается, император уверен в том, что вы не дадите казнить себя просто так.
— Да, — подтвердил лорд. — И, что немаловажно, опасается этого поединка. Иначе не стал бы пытаться достать меня через Истинную.
Ах да, в глазах драконьего общества мы до сих пор Истинные! Тем лучше для моего плана.
— Тогда вы просто обязаны одержать победу, лорд Ригхард. — Я шагнула к нему и положила ладонь на широкую грудь прямо напротив сердца. — Оправдайте страхи Морхарона. И помните: тому, кто помогает себе сам, помогают боги.
Лорд нахмурился. Накрыл мою ладонь своей, и упорно пытающаяся сломить меня тяжесть стала легче.
— Что вы затеяли, леди Кассия?
Я улыбнулась ему тончайшей из улыбок.
— Всего лишь буду молиться за вас, лорд Ригхард. Как за своего супруга и отца нашего ребёнка.
Изумление во взгляде лорда густо мешалась с недоверием.
— Вы решились на такое?
Теперь в моей улыбке была укоризна: кто же говорит о подобном вслух?
— Ах вы… Ведьма!
Меня вдруг крепко прижали к груди. Наши лица оказались ближе, чем дыхание, однако я успела прижать палец к губам лорда.
— Сначала победа, муж мой.
И тогда лорд Ригхард расхохотался: как же странно, должно быть, прозвучал этот смех в глубинах безжалостного камня!
— Настоящая ведьма. Хорошо, леди Кассия. Я положу поверженного врага к вашим ногам, и тогда… — Взгляд его опалил таким пламенем, что сердце совершило невозможный кульбит. — Тогда я сделаю всё, чтобы искупить… несдержанность моей второй ипостаси.
Мне сделалось жарко, так жарко, будто я уже горела под его прикосновениями. И жар этот неуклонно плавил холодивший внутренности страх прошлой боли.
— Договорились, муж мой. Вы получите второй шанс.
— Ведьма! — в третий раз повторил лорд Ригхард, и я спрятала лукавую улыбку у него на груди.
Нет, я ни за что не признаюсь ему прямо в своей уязвимости. Но ведь есть множество способов выразить чувства не в лоб, верно?
