Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 55 – Татьяна Сотскова

Их взгляды привлекло уродливое, приземистое здание, словно слепленное из ржавых листов и испещрённое трубами, с которых капала какая-то мутная жидкость.

Вывеска «Гостиница Старая Шестерня» мигала нервно, то затухая в полную темноту, то вспыхивая розоватым светом, выхватывая из тьмы заляпанное грязью окно.

Джек толкнул тяжелую, обитую жестью дверь, и они вошли в помещение, где воздух был густым и тяжёлым — пропахшим дешёвым табаком, перегорелым маслом и потом, въевшимся в стены. Дышать было почти так же трудно, как и на улице.

Несколько пар глаз медленно, без интереса, поднялись на них из-за замызганных столиков и из-за стойки. Никто не удивился, не испугался. Во взглядах читалась лишь ленивая, привычная враждебность и холодная оценка — как волки оценивают случайно забредшую в лес овцу.

За стойкой, больше похожей на баррикаду, стоял мужчина с лицом, которое, казалось, было сделано из шрамов и застывшей сажи. Он что-то жевал, не глядя на них, уставившись в стену.

— Чё надо? — прорычал он, и голос его звучал как скрежет ржавых шестерёнок.

— Комнату. Одну. На троих, — сказал Джек, и его безупречный, академический выговор прозвучал здесь так же неуместно, как скрипка в кузнице.

Хозяин медленно, с неохотой, перевёл свой тяжёлый взгляд на Анэн, потом на Максима, будто оценивая товар.

— Не местные, — констатировал он с лёгким презрением. — Деньги. Вперёд. И с вас — втридорога.

Джек, не меняя выражения лица, молча положил на липкую от чего-то стойку несколько потёртых монет — те самые, что им с трудом удалось раздобыть по дороге, обменяв пару безделушек из будущего. Хозяин лениво провёл по ним заскорузлым пальцем и сгрёб в ладонь, не утруждая себя подсчётом.

Он бросил на стойку тяжелый, проржавевший ключ, больше похожий на инструмент для пыток.

— Верхний этаж, в конце коридора, — буркнул он, снова уставившись в стену. — И не шумите там. Мне спать мешаете.

Когда они уже поворачивались к скрипучей лестнице, он добавил, не глядя на них, словно отчитываясь о погоде:

— И оружие своё… чтоб при себе было. А то мигом обчистят, как голубей. Сразу видно, что не здешние. По походке. По богатой одежде.

Совет прозвучал не как предупреждение, а как констатация простого и неприятного факта. Мол, дверь запирайте, а то войдут. Здесь это было такой же нормой.

Максим инстинктивно потрогал скрытый клинок у себя за поясом, и его лицо стало напряжённым. Анэн, и без того бледная, побледнела ещё больше, и её пальцы вцепились в рукав Джека.

Джек лишь коротко кивнул в сторону хозяина, подхватил холодный ключ и твёрдою рукой повёл их вверх по скрипучей, прогибающейся под ногами лестнице, ведущей их временное убежище.

Комната оказалась крошечной, как камера. Одна узкая, просевшая кровать с сомнительным одеялом, заляпанное грязью и царапинами зеркало и одно зарешеченное окно, упиравшееся почти вплотную в кирпичную стену соседнего здания. Вид, в общем-то, стандартный.

Воздух был спертым, пах старыми матрасами и пылью, которую тут, похоже, никогда не вытирали. Максим тут же подошел к окну и отёр ладонью грязь.

— Ничего не видно, — пробормотал он с разочарованием. — Только ржавые трубы да какие-то провода. Как в яме.

Анэн, не в силах больше стоять, опустилась на край кровати, и та жалобно заскрипела. Она обхватила себя руками, словно боялась разлететься на части.