Книга Мой любимый хаос. Книга 2, страница 26 – Татьяна Сотскова

Я медленно сползла по стене на пол. Комната, эта жалкая каморка, вдруг стала границами всей моей вселенной. Дальше — ничего. Вернее, целый мир, но в котором для меня нет места.

Путешествие во времени… В Академии это была запретная тема. Нам вдалбливали, что это невозможно. Что лишь пара сумасшедших теоретиков за всю историю говорила о таком, и те сошли с ума.

А тысяча лет… Это же не просто шаг. Это пропасть. Цивилизации успели родиться и умереть, пока я летела сюда.

Я совсем одна. Абсолютно. Здесь нет ни одного человека, который знал бы моё имя. Нет стен Академии, куда можно было бы прийти за помощью. Даже звёзды на небе, наверное, другие.

Меня накрывает волна такого ужаса, от которого костенеют пальцы. Это не просто тюрьма из камня и решёток. Это сама реальность стала моей клеткой.

И обратной дороги… нет. Вообще. Эта мысль бьёт под дых, как кулак. В горле встаёт ком, и меня чуть не вырвало прямо на этот грязный пол.

Закрываю глаза. Паника, холодная и липкая, подкатывает плотным комом к самому горлу, давит на виски, застилает глаза влажной пеленой. Нет. Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.

Плакать нельзя. Слезы — это роскошь для тех, у кого есть тыл инадежда. Для меня же они сейчас — все равно что поднять белый флаг и сдаться на милость этого безумного мира. А я не сдаюсь. Еще нет.

Заставляю себя дышать. Через силу. Медленно. Глубоко. Вдох — раз, два… Выдох — три, четыре… Снова. Как меня учили перед самой сложной работой — перед тем, как взять в руки хрупчайший магический кристалл или нанести на металл руну, где один неверный штрих грозит взрывом. Дыхание — это якорь. Единственное, что я пока могу контролировать.

Начинаю мысленно, по пунктам, как в инвентарной описи, перебирать, что у меня есть. Банально, черт возьми, но факт: я жива. Не ранена, не больна, в относительной физической целости.

Во мне все еще течет магия — моё главное, данное от рождения оружие и инструмент. Пусть сейчас она слаба, как затухающее пламя, но она есть. Я артефактор, чёрт побери!

Я могу вдохнуть силу в обычный металл, создать вещь из ничего и воли. Пусть пока примитивные безделушки. Есть комната. Четыре стены и крыша. Есть работа, пусть и пахнет отчаянием и граничит с рабством, но она дает еду и прикрытие.

Это всё. Весь мой жалкий скарб на новом жизненном этапе. И этого… должно хватить. Хотя бы для того, чтобы продержаться сегодня. Чтобы не сойти с ума прямо сейчас, в эту самую минуту.

Открываю глаза. Взгляд сам падает на тот скомканный, пожелтевший лист на полу. Но теперь я вижу его иначе. Это не просто старый хлам, не свидетель чужой жизни. Это… инструкция. Карта местности. Ключ к пониманию этого душевного склепа, в который я попала.

Раз уж я здесь застряла, против своей воли, значит, надо понять — где именно? Эти самые «Тёмные времена», о которых мы знали лишь по обрывкам легенд и скучным лекциям…

Похоже, мне предстоит в них не просто выжить. Мне предстоит в них пожить. И чтобы выжить по-настоящему, нужно знать их правила лучше, чем кто-либо другой.

Я наклонилась и подняла газету с пола, теперь уже аккуратно, почти с благоговением, разглаживая мятые углы. Это же не хлам. Это моя единственная, зыбкая зацепка, единственный ключ, чтобы понять, в какую именно временную ловушку я угодила. Без нее я — просто слепой котенок в незнакомом подвале.