Книга Колдун ветра, страница 56 – Сьюзан Деннард

То, что над головой гремел гром, а дождь уже начал лить, не делало ситуацию лучше. Землетрясение тоже постаралось: всюду валялись упавшие водосточные трубы, шатры из кусков ткани опрокинуло на землю, а в глазах людей затаился ужас. Впрочем, могло быть и хуже. Мерик слышал о толчках, которые разрушали целые здания.

Кэм шла спокойно, ее длинные ноги ловко перепрыгивали через лужи и огибали валявшихся пьяниц. Мерик шел следом, а в голове у него вертелись строчки из глупого детского стишка о том, как глупый брат Филип повел слепого брата Дарета прямиком в пещеру, где их поджидала королева крабов. Но Мерик никак не мог решить, кто он сейчас – братец-дурак или братец-слепец.

И тут же забыл об этом, потому что Кэм резко свернула влево. Через несколько секунд она скрылась в темном переулке, так что Мерику оставалось лишь броситься следом. Закатный свет исчез, перед глазами все расплывалось.

– Сюда, – зашипела Кэм и потянула принца в узкий проход между зданиями.

Там они стояли, замерев: Мерик – таращась на Кэм, а Кэм – зажимая себе рот рукой со шрамом, чтобы ее дыхания вообще не было слышно. Когда в переулке так никто и не появился, девушка виновато поникла.

– Простите, – пробормотала она. – Мне показалось, что кто-то за нами следит.

Кэм выглянула из-за угла и поникла еще больше.

Мерик подумал, что это совсем не похоже на то, как она обычно действует: безошибочно понимает, что надо спрятаться, и без раздумий ныряет в укрытия.

Он осторожно спросил:

– Кто следит?

Девушка ответила:

– Солдаты.

Он не был уверен, стоит ли ей верить, но не стал давить.

– Можем идти дальше? Нам надо выбраться из города.

«Чтобы остановить Вивию, чтобы наладить торговлю, получить больше еды», – хотел продолжить парень, но промолчал. Кэм не нуждалась в упреках. Ее лицо и так заливала краска стыда.

– Конечно, сэр. Простите, сэр.

Они продолжили путь в «Приют Пина», но Мерик заметил, что девушка сильнее натягивает капюшон и прячет руки каждый раз, когда кто-то попадается им на пути.

Наконец Мерик и Кэм обогнули скопление деревянных домиков, и перед ними возникла знаменитая Башня Пина. Она была старше самого города, крепостных стен, его окружавших, и, возможно, даже старше водных мостов. Принц это точно знал – по тому камню, из которого она была построена. На граните плясали оранжевые отблески заката, словно угли в очаге.

Когда территорию Нубревнии впервые заселили люди, они привезли с собой черный гранит – камень, известный на их родине. Они мечтали подчинить себе новые земли, переделать их под себя. Но Нубревния осталась собой, став для них новой родиной. А они стали ее народом и начали использовать то, что могли предложить им здешние недра, – в первую очередь известняк.

Деревянные настилы и поваленные палатки прижимались к основанию башни. Отовсюду раздавались стоны больных, плач младенцев, и все это сливалось с гулом толпы.

В Щелях было шумно, куда громче, чем помнил Мерик. И воняло сильнее. И людей было больше. Очередь из хромых и безногих, кашляющих и слабых выстроилась у узкого прохода, ведущего в башню.

Парень выругался:

– Мы же не можем толкаться тут, как все, юнга?

– Есть проход внизу, сэр!

Девушка посмотрела на него из глубины капюшона со знакомым прищуром и прошла мимо очереди. Завернула за башню и остановилась у ржавых ворот. Здесь башня упиралась в гранит городской стены.