Книга Глиняные сердца, страница 86 – Анита Ферн

– Доброе утро, девушки. Слышал, у вас были не самые приятные выходные.

Кэти, привязывающая велосипед к опоре, бесстрастно интересуется:

– С чего ты это взял?

– Так я встретил Рика Келли в воскресенье. Его расквашенный Дэном нос был весьма красноречив.

– Не нос, а губы, – поправляю я раньше, чем успеваю осознать.

Прикрываю рот ладонью и смотрю на Кэти, которая укоризненно качает головой.

– Кроме того, что твоя сестра только что подтвердила это? – отвечает ей Скотт. – За что же еще мог огрести бедняга Рик, как не за то, что подкатил к тебе? Его томящийся взгляд в твою сторону только слепой не заметил. Вот я сложил два и два и вычислил исполнителя.

Кэти украдкой смотрит по сторонам, затем подступает вплотную к Скотти и шипит ему в лицо:

– Если ты начнешь везде болтать об этом…

Но я не даю ей договорить. Хватаю обоих под локоть и тащу к дверям школы со словами:

– Давайте не будем ссориться, ребята, уж точно не здесь и сейчас. Скотти ни с кем не будет делиться своими догадками. Правда, Скотти?

Он изображает, будто закрывает рот на замок и выбрасывает ключ. Кэти успокаивается, но ровно до того момента, как замечает в коридоре Дэна.

– Мне очень сильно пора, – быстро произносит она и ретируется.

Скотт провожает ее взглядом.

– Май почти на исходе, но не перестает удивлять.

– Это точно, – бормочу я, имея в виду совсем не Кэти.

С ворохом волнений за нее я на время забыла о собственных переживаниях. Но на первом же уроке я вспомнила о Лексе и нашем поцелуе. Беспокойство нагоняет меня, наваливается, с приближением обеда становясь только сильнее. В кафе я иду, при каждом шаге чувствуя себя натянутой пружиной.

Лекс уже дожидается меня за дальним столиком у окна и выглядит как само спокойствие. Он срывает помидорку с кустика на столе, невозмутимо бросает в рот и слегка кивает, разжевав ее. Вместо приветствия произносит:

– А ты знала, что на самом деле помидор – это ягода?

Оглядываюсь, прежде чем ответить:

– А ты знал, что эти ягоды здесь для украшения, а не в качестве закуски?

– Я же не виноват, что официант так долго идет. О, а вот и он.

Заказав еду, приступаем к обсуждению проекта. Оказывается, каждый из нас со своей стороны уже сгруппировал данные. Осталось сложить их и вычислить процентные соотношения.

Хоть Лекс и ведет себя как ни в чем не бывало, мне не становится легче находиться рядом. Отношения между нами напоминают американские горки, на высочайшей точке которых он мне очень сильно нравится, на нижайшей же я предпочла бы никогда с ним не общаться. И с каждым спуском это желание только усиливается.

Поэтому я настаиваю на том, чтобы писать выводы по отдельности, просто поделив вопросы пополам. Лекс охотно соглашается, и я немного выдыхаю. Мы наконец принимаемся за еду. С удовольствием съедаю куриный салат с сельдереем и ставлю перед собой тарелку с панкейками. Да, я обожаю их и ем не только на завтрак. К тому же мне всегда нравилось наблюдать, как тает масло на верхнем блинчике. Видимо, я и сейчас этим увлеклась, потому что Лекс спрашивает:

– С ними что-то не так? Позвать официанта?

– Нет-нет, все в порядке, – уверяю его я, не отрывая взгляда от еды. – Просто я представляю, каково быть крошечным кусочком масла, который положили на горячий блинчик. Наверное, так ощущаются объятия влюбленных: таяние от душевного тепла и стремление впитаться.