Книга Глиняные сердца, страница 46 – Анита Ферн

Когда передо мной появляется завтрак, получается немного воспрянуть духом, а когда все съедено, так и вовсе веселею. Ну как не радоваться, если чудесная женщина приготовила твой любимый завтрак: тост с сыром, яичницу с беконом и немного салата. Невольно убедишься в правдивости изречения, что самая искренняя любовь – это любовь к еде.

К дому Лилу подъезжаю в ощутимо лучшем настроении, и даже на пару минут раньше означенного времени. Она уже меня дожидается, на ней средней длины светло-зеленый сарафан и знакомая соломенная шляпка, которая, на удивление, меня больше не раздражает. Забавно, но в том же парке, куда мы сейчас направляемся, моя девушка отказалась надевать сарафан. Лилу же добровольно обрядилась «селянкой» и не выказывает никакого неудовольствия. И это правильно, потому что выглядит она прелестно, следы усталости исчезли. Мне удается разглядеть ее как следует, когда я выбираюсь из машины, чтобы открыть для нее дверь и подать руку. Лилу смущенно улыбается, но помощь принимает.

До парка ехать всего ничего. Этот короткий путь мы преодолеваем молча, под звуки музыки из радиоприемника. На одной из станций моя спутница находит Do I Wanna Know? группы Arctic Monkeys и начинает притоптывать в такт мелодии. Ее голова повернута наискосок от меня, но я замечаю, как губы безмолвно подпевают Алексу Тернеру. Заставляю себя перевести взгляд и следить за дорогой.

На парковке также помогаю Лилу выбраться. Удивительно, но и сегодня у нее с собой рюкзак. Почти успеваю спросить зачем, но вспоминаю, что вызвался помочь с поиском растений. Поэтому меняю вопрос:

– Так какие листочки тебе нужны?

– Вообще мне нужны земляника, одуванчик, клен, лопух, ромашка и нимфея. Только для ромашки рановато, я думаю, а нимфея – растение водное. Поэтому все, кроме них. Выполнимо? – Она с сомнением глядит мне в глаза.

В ответ я пожимаю плечами.

– По крайней мере попытаемся. Я точно знаю, где растут клены.

– Ты часто здесь бываешь? – вновь спрашивает Лилу, пока я веду ее ко входу.

– Иногда бегаю здесь.

Нам везет: лопух попадается буквально на пороге парка. Лилу отрывает листок поменьше, старательно его отряхивает и укладывает между листов пухлой тетради, пока я держу ее рюкзак.

– Один есть! – радостно восклицает она, сложив все обратно, и мы неторопливо бредем дальше.

Солнце словно заливает все вокруг тягучим медом, поэтому спешить совсем не хочется. Но не все лениво ползут, подобно нам. Дети на роликах и самокатах проносятся, как крошечные метеоры.

Мне пришлось нацепить кепку, чтобы лицо не обгорело. Лилу на миг останавливается, чтобы запрокинуть голову навстречу ласковым касаниям солнечных лучей, и довольно жмурится, словно большая кошка. Я наблюдаю за ней, и какое-то незнакомое чувство распирает мою грудь. Одергиваю себя, пытаясь отвлечься построением маршрута таким образом, чтоб вскоре оказаться в прохладной кленовой аллее, ибо припекает уже по-летнему.

И ряды этих стройных деревьев не обманывают моих ожиданий, встретив и укрыв нас шелестящей зеленой стеной.

– Зря мы не озаботились тем, чтобы глянуть прогноз погоды, – произносит Лилу, пока достает бутылку воды из рюкзака. Потом отпивает и протягивает мне, и я изумленно замираю. Неверно истолковав мою реакцию, она немного краснеет. – Поверь, я не заразная. Хочешь, купим новую бутылку?