Книга В Питере - жить? Развод в 50, страница 95 – Евгения Серпента

А распрекрасный Левушка тем временем сделал за меня всю грязную работу: сам написал тому художнику, что от картин его мы вынуждены отказаться. Как-тохитро сослался на закон о рекламе и страшный РКН. Мол, не можем обеспечить информационную кампанию из-за лимита на токены. А без рекламы выставлять нет смысла.

— Чего? — заморгала я. — Какие токены?

— Да не все ли равно? — рассмеялся Левушка. — Главное, что звучит убедительно и солидно.

— А если спросит у кого-нибудь?

— А все такие: о-о-о, да, токены — это серьезно. Это же классика, Санечка. Новое платье короля. Никому не хочется выглядеть дураком, значит, будут важно надувать щеки. А мы всегда можем сказать, что нам так сказали. В РКН. Кто же сунется туда уточнять?

— Ох, ну и жук вы, Лев Игоревич!

— В поле и жук мясо. — Он пожал плечами и ушел к себе.

И как я только без него обходилась? Марго, конечно, справлялась, очень даже неплохо. Но Левушка — это высший пилотаж!

Вечером я набрала по вотсапу маму. Мы с ней созванивались примерно раз в неделю, иногда что-то писали, обменивались всякими фотографиями и картинками. Она была из тех интернет-бабуль, которые живут в сети. У нее имелись аккаунты во всех более-менее популярных соцсетях, от Контакта до Инсты, с немалым количеством друзей и подписчиков.

— Привет, Сань! — Мама, одетая в какую-то цветную хламиду, бодро помахала рукой в окошечко видеозвонка. — Как дела?

И лишь сейчас я сообразила, что она не только о Ликином разводе не знает, но и о моем тоже.

— Дела? Ты сидишь вообще?

— Могу сесть. Что случилось? Надеюсь, ты не беременна?

— Боже! — фыркнула я. — Нет, конечно. Только беременности мне в полтос и не хватало.

— Ну мало ли.

— Нет, мам. Я развожусь с Олегом. А Лика разводится со Стасом.

— Комбо! — после паузы оценила мама. — И чего так? Все мужики козлы?

— Может, и не все, но эти двое — точно. Козлы и кобели.

— М-да… Ну что ж… бывает и хуже.

Мне не хотелось обсуждать детали, поэтому я срочно перешла к следующему акту Мерлезонского балета*.

— Мам, Лика где-то в конце июля, возможно, тебя навестит. Возможно, не одна.

— Та-а-ак… Это она к этому самому одному от Стаса ушла?

— Нет. Это уже после.

— Значит, клин клином?

— Возможно. Знаешь, кто это?

— Саша, ну откуда мне знать? — возмутилась мама. — Что за загадки?

— Мам, это сын Андрея. Ветрова.

Она застыла с приоткрытым ртом — словно пыталась сообразить, шутка или нет.

— Это как? —уточнила строго.

— Мы с Ликой ездили в Питер. Проветриться. Ну и… как-то так получилось.

— Ну да, — кивнула мама. — Получилось. Питер — город маленький, чего бы и не встретиться. А ты как?

— Что я?

— Не взыграло ретивое?

— Нет. Мы просто поговорили. Все выяснили. И все.

— Да? Ну ладно. Вдруг у них получится, раз у вас не вышло. Посмотрим, что там за сын Ветрова такой. А ты держись, Сань. Может, тебе тоже кого найти? Отвлечься? А то приезжай к нам.

— Может, и приеду.

Странно, что эта мысль не пришла в голову. Мне у них нравилось. Шумно, суматошно, но при этом весело и уютно. Жаль, моря нет. В Дунае — так себе купаться. Правда, еще озера есть красивые. А у Зорана в саду бассейн маленький.

В отпуск я собиралась в августе, но кто помешает мне поехать хоть завтра? Летом в галерее затишье. План работ составлен, Левушка прекрасно справится.

— Мам, точно приеду. Может, прямо на этой неделе.