Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 132 – Яна Смолина

– И ты решил сменить профессию и стать бунтовщиком.

– Ой, вот только не надо переворачивать, – отмахнулся Фаррух, набивая трубку. – Для меня Эгриси стала родным домом за эти годы. Я же семью завёл, детей. Акогда прознал о вашем этом драконе, о том, что церковь у людей хотите забрать и мечеть построить, во мне же всё взбунтовалось! Вот ты сейчас со мной здесь один на один сидишь, так скажи, разве так можно? Девок забирать из домов за просто так, людей веры лишать, которую исповедовали отцы, деды, прадеды? По-людски это разве?

– Болтаешь больно много, – прервал его Лейс не выдержав. – Кто тебе позволил подобные разговоры вести? У нас трибунал на месте, всё быстро решим по законам военного времени.

– Только и умеешь, что угрожать, – ответил Фаррух, ничуть не испугавшись. – Ты пойми, Савлий, к народу надо прислушиваться. Ты с ним живёшь, он под твоей властью, на тебя уповает, как на отца родного, защитника и кормильца, а ты девок раз в пятилетку из домов тащишь.

– Да не тащу я никого! Чего ты заладил? – рявкнул Лейс и тут же подался ближе к бородачу, не желая, чтобы кто-нибудь их услышал. – Я тебе сейчас одну вещь скажу, но ты, мореход, под страхом смерти никому ничего не разболтаешь, всё понял?

– А чего ж не понять? – Фаррух уставился на него с интересом.

– Дракон больше никого не побеспокоит. Это говорю тебя я, халиф Эгриси. Его усмирили.

Фаррух отстранился, гневно сводя густые брови.

– И ты хочешь, чтобы я тебе поверил, Савлий? Я ж сам его видел, и парни видели, как он над городом летал. Скажешь, показалось?

Лейс тяжело выдохнул, гневно раздувая ноздри. Требовалось подобрать понятные слова, да такие, чтобы не прослыть посланником демонов из преисподней и не перепугать неподготовленную к техническому прогрессу суеверную душу.

– Он умер, мореход. Просто умер, и всё. Мой отец был драконом, а я нет, ну вот не сложилось у меня, не умею змеем становиться. И женщин в гарем я больше набирать не стану. У меня есть жена, и других мне не надо.

Объяснение, судя по всему, удовлетворило собеседника.

– Вон чего, – проговорил Фаррух, затягиваясь трубкой. Но, может, оно и лучше, что ты не умеешь в дракона превращаться. А что жена-то у тебя, красивая? – он лукаво подмигнул правителю.

– Я не собираюсь обсуждать с тобой свою женщину, паршивый пёс.

– Моя тоже красивая, – он, казалось, не расслышал угрозы в голосе Лейса. – А глаза какие. Я когда эти глаза увидел, себя забыл. Матушка её не хотела за меня дочку отдавать, но я её украл, а потом ужеу них выхода другого не осталось.

Лейс глухо усмехнулся.

– Она хоть любит тебя или не спрашивал?

– Конечно, любит. У неё выбора другого нет. С четвёртым на сносях.

Неожиданно полог шатра резко распахнулся. Увидев на входе встревоженного солдата, Лейс резво подскочил с места.

– Что там, говори! – нетерпеливо приказал он.

– Господин, там талисийцы. Они направляются в сторону Эгриси.

– Сколько?

– Сотня, может, больше.

Лейс схватился за саблю, намереваясь выйти к людям.

– Господин, – снова вступил солдат.

– Что ещё?

– У них с собой…

– Что?

– Я не знаю. Вы сами должны это увидеть.

Лейс стремительно выскочил из своего убежища, за пару шагов приблизился к привязанной к дереву лошади и запрыгнул верхом. Фаррух неотступно следовал за ним, не заботясь о том, что его никто не звал. Оседлав лошадей, мужчины бок о бок кинулись вскачь туда, куда вёл их дозорный, прикрываясь от непроходимых зарослей, преграждавших им путь. Спустя несколько минут, пришлось спешиться. Лейс старался быть как можно более незаметным, а когда на открывшейся взору равнине за лесом увидел тяжело вооружённую пехоту вражеского войска, от злости чуть не полоснул своего провожатого саблей. Талисийцы неумолимо приближались к стенам Эгриси, таща за собой диковинные конструкции на колёсах со взведёнными для боя ковшами.