Книга Если бы не ты, страница 29 – Чарли Ви

Мы знакомы с ним всего три дня, а мне почему-то кажется, что много лет.

Мне очень приятно лежать вот так, в его объятиях, но имею ли я право занимать место рядом с ним. Вдруг у него есть женщина, которую он любит. Эта мысль неприятно ёкает внутри.

Да ладно Леся? Ты, похоже, влюбляешься, — шепчет мне внутренний голос.

Ой, не говори глупостей. Я просто благодарна ему, — одёргиваю себя и стараюсь прогнать эти мысли подальше.

Я замужем, а засматриваюсь на чужого мужчину. Неправильно это. Неправильно. Да и не стоит льстить себе. Кто ты и кто он. По нему же видно, что не среднего достатка. У него телефон стоит как две моих зарплаты. Нам надо выбраться. Вот о чём я должна думать сейчас, а не лицо своего спутника рассматривать. Которого, скорее всего, и не увижу после того, как спасёмся. Вспоминаю его вчерашний взгляд, когда он делился со мной своим скромным ужином. Вспоминаю его заботу, когда он обнял меня, когда ложились спать, словнопытался закрыть собой от всех бед. Эти мелочи греют душу, как тепло от печи, и разжигают то самое «что-то новое» внутри.

Стоп, Леся! Прекрати! — одёргиваю себя. Медленно, очень осторожно, поворачиваюсь, чтобы выбраться из-под его тяжёлой руки. И замечаю, что он смотрит на меня. Ничего не делает, просто смотрит.

Его взгляд проникает прямо в душу, и я чувствую, как щёки начинают гореть. Пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в горле.

— Проснулся? — наконец, выдавливаю из себя, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он молчит, продолжая смотреть. В его глазах я вижу что-то, чего не замечала раньше. Интерес? Или… неужели тоже смущение? Мне кажется, он тоже пытается прочитать мои мысли.

— Не спится, — тихо произносит Добрыня, и его голос звучит немного хрипло после сна.

Моё сердце начинает биться быстрее. Я чувствую его тепло, исходящее от тела, прижатого к моему.

— Я хотела встать, — бормочу я, пытаясь выпутаться из его объятий.

Он не отпускает. Наоборот, его рука сжимается крепче, притягивая меня ещё ближе. Моё дыхание перехватывает.

— Леся, — шепчет он, я упираюсь руками ему в грудь.

Меня пугает отклик собственного тела, как тяжелеет внизу живота и наливается желанием грудь, как хочется ощутить его ладонь на ней.

Бред, полнейший бред!

Встряхиваю головой, чтобы прогнать остатки сна и странного наваждения.

— Отпусти, — шепчу. — Я… я в туалет хочу.

И он отпускает.

Прихрамывая, опираюсь на стену, выхожу из избушки как есть, только в ботинки успеваю надеть. Сегодня погода не такая солнечная. Идёт снег, небо затянуто серыми тучами. Справляю нужду в сугробе за ёлочкой, чтобы подальше, а когда встаю, замечаю жёлтые буквы на снегу ЛЕСЯ.

Меня даже смех пробирает. Как-то по-детски. Кому-то, может, это было бы неприятно, а мне смешно. Я просто представила себе, как он стоит, облегчается и тщательно выводит своей живой ручкой моё имя.

И понимаю, что про его живую ручку лучше не думать. Слишком живот рисуется картинка. А судя по тому бугру, которым он прижимался ко мне десять минут назад, то…

Алеся! — возмущается моя нравственность и совесть.

Возвращаюсь в избушку. Добрыня уже и чайник где-то отыскал, а на столе стоят тарелки с поджаренной тушёнкой и солёные огурцы.

— Ты где там пропала? Я думал, уже идти за тобой.Вдруг волки напали, — ворчит он.

— Любовалась художествами на снегу. Изящно получилось, — не могу удержаться от замечания, губы растягиваются в улыбку. Оттого, что я вижу самое настоящее смущение на лице Добрыни.