Книга Он мой Сентябрь, страница 5 – Евгения Ник

Он включает воду. Хорошо. Прекрасно. Гениально. Я разговариваю не с человеком, а со стеной. И так ежедневно на протяжении уже… скольки месяцев?

— Серёжа.

Только шум воды.

— Серёжа, посмотри на меня, — прошу уже дрожащим голосом и не могу понять, отчего он такой. От обиды или от злости.

Он поворачивается. Лицо холодное. Ноль эмоций.

— Ты пришёл позже. Я спросила. Всё. — дышу резко, коротко. — Почему ты делаешь из меня проблему?

— Потому что ты ей становишься, Лиль. Я просто хочу поесть и лечь. Можно?

Грудь сжимает. Пальцы дрожат.

— Я не прошу много, Сереж. Я прошу понять, что я не мебель. Я не фоновая музыка. Я твоя девушка. Если ты об этом стал забывать, то, возможно, нам не по пути… — говорю, а после разворачиваюсь на пятках и ухожу в комнату, заваливаюсь на кровать и с головой накрываюсь одеялом. Пытаюсь провалиться в матрас и желательно в собственную тишину, потому что в данный момент меня раздражает каждый звук, что он издаёт. Вот и сейчас слышу, как вода отключается. Шум шагов. Затем кровать прогибается под весом Серёжи. Он не прижимается, но его дыхание касается моей шеи.

— Ну ты чего? Какие “не по пути”? Ты чего несёшь?

Молчу. Я и сама не знаю, что я “несу”. Просто из-за всего постоянно накручиваю себя, ещё и вино, видимо, в голову ударило.

— Всё же хорошо, — продолжает он тем же ровным голосом. — Мы просто загнались. На работе выгорание, усталость, нервы. Ты же знаешь, как сейчас у меня график скачет. Народ с отпусков, дач вернулся, в зале сейчас свободной дорожки и не найти. Вон, у меня сегодня два новых клиента пришли.

Он осторожно касается ладонью моей спины. Не требовательно. Не грубо. Просто контакт. Он знает, что сейчас я в таком состоянии,что от простого поглаживания могу растаять.

И я действительно чувствую, как напряжение в плечах чуть отпускает.

— Я не против говорить, — мурлычет он. — Просто… давай не ругаться. Я правда хотел домой. К тебе.

Медленно убираю одеяло со своего лица. Поворачиваюсь к нему. Он рядом, такой родной… привычный. И хоть в груди ещё всё сжато, я просто это игнорирую. Тянусь, нахожу его губы и мягко целую, а потом тут же отстраняюсь. Не хочу проявлять инициативу. Пусть сам.

Серёжа смотрит на меня с каким-то ожиданием, но когда не видит от меня реакции, сам подаётся ко мне, скользит рукой на поясницу, потом ниже. Чувствую, как в животе раскручивается медленное, знакомое тепло.

Срываюсь, закидываю ногу ему на бедро. Он чуть хрипло выдыхает мне в губы, и я тут же прижимаюсь своими, ныряю языком в его рот. А затем… “Есть такая привычка — любить”— всплывает в голове собственный голос. И следом новая мысль: “А слышит ли нас сосед?”

И почему-то от этой мысли по коже бегут противные мурашки. Я отстраняюсь и хрипло говорю:

— Давай спать.

Лилия

С самого утра злющая. Всё, потому что, вчера, когда я сказала Серёже “Давай спать” — он, бес его дери, обрадовался. Да, он не захлопал в ладоши от счастья, но без возражений кивнул, повернулся ко мне задом и через три минуты уже засопел.

Шлёпаю по кнопке чайника, как будто это она виновата во всех моих бедах, упираюсь бёдрами в столешницу и смотрю в окно. И когда слышу шаги своего парня, даже не веду головой в его сторону.

— Доброе утро, — говорит, сквозь зевоту, а затем заводит руку за спину и почёсывает её. — Кофеёк замутишь?