Книга Он мой Август, страница 5 – Евгения Ник

Я метнулась взглядом к Комарову и поняла: старикашка уже клюнул на её провокацию.

Даже не знаю, кто из нас двоих тут больше на иголках — я или он. Сижу напротив Ремизова в этом недорогом, но очень уютном кафе, где, казалось бы, никто не должен нас знать, а я уже чувствую, как пульс учащается и мозг работает на пределе. Кажется, вот сейчас, дверь откроется и зайдёт кто-нибудь из знакомых и всё испортит. Начинаю наконец-то понимать, во что вляпалась. Я же ни черта не актриса. У меня и флиртовать-то нормально не получается. Борщ на моей одежде тому доказательство.

Он смотрит на меня с какой-то лёгкой настороженностью, хоть и старается скрыть её за ухмылкой.

— Вы здесь уже были?

— Да, на соседней улице университет, в котором я раньше училась, поэтому знаю об этом заведении. Здесь, правда, вкусно, — на последних словах вдруг чувствую себя неудобно. Будто оправдываюсь перед ним.

— По правде говоря, я уже не голоден, но от кофе не откажусь.

Вскидываю голову и смотрю на него, широко раскрыв глаза.

— Что? Тогда зачем вы поехали со мной?

— Да просто увидел, в каком вы были состоянии. Думал, что просто разрыдаетесь там. А девушка с пятнами супа и слезами… ну как-то совсем перебор.

— Вряд ли я разрыдалась бы, — фыркаю, гордо вскинув голову. — Но было обидно. И давайте перейдём на “ты”, как то неудобно, что постоянно “выкаете” мне.

— Хорошо, я не против, — опускает задумчивый взгляд и медленно проводит пальцем по кромке стола.

Через минуту подходит официант, и Арсений делает заказ. Я останавливаю свой выбор на кофе и десерте.

Пытаюсь как-то стереть неловкость между нами, рассказываю какую-то смешную историю, которая совсем недавно со мной приключилась. Он даже улыбается, еле заметно, но я ловлю момент и тоже искрюсь для него, словно лампочка.

— Ты так и не рассказал, почему твой день не удался сегодня.

— Да ничего особенного, — отмахивается он, будто речь идёт о каком-то пустяке, но по лицу заметно, что это важно для его бизнеса. — Знаешь, бывает так, что не всегда переговоры проходят успешно. Иногда ты выкладываешься по полной, рискуешь, а в ответ получаешь условно — ничего. Это как игра в шахматы. Не всегда удаётся предугадать ходы.

Он на секунду отводит взгляд, будто вспоминая что-то неприятное.

— В бизнесе нет места мягкости, робости, — говорит с ухмылкой, которая одновременнои холодит, и что-то обнажает. — Люди здесь — не друзья, а пешки. Их двигают, бросают, ломают… И если кто-то решит, что ты слаб, он ударит без предупреждения и без жалости.

— Вас кинули? Сорвалась важная сделка? — спрашиваю, нервно накручивая на палец салфетку.

Он на секунду замолкает, кажется, выбирая слова, и добавляет тихо:

— Можно сказать и так. Знаешь, это не только про сделки и деньги. Иногда… это и про людей.

Ремизов смотрит на меня, и в его взгляде столько невысказанного, что становится не по себе. Кажется, что он видит меня насквозь, хоть это и невозможно. Мы с ним точно никогда не пересекались.

— Теперь ты рассказывай о своей неудаче и как оказалась в той столовке.

Я так заслушалась и задумалась о его словах, что не сразу поняла, что теперь он обращается ко мне, а когда подняла взгляд и встретилась с его глазами — чуть не подпрыгнула.

— Я? — вздёргиваю брови. — Совершенно ничего особенного и интересного. Это всё мой руководитель. Отправил сначала по одному адресу, потом по-другому… — отвечаю уклончиво. — Я должна была встретиться с клиентом, но в итоге…