Книга Он мой Август, страница 10 – Евгения Ник

— Осторожнее, — шепчет она, но не отталкивает.

— Не люблю осторожно, — отвечаю, скользя ладонью по её боку, чувствуя, как тонкая ткань платья поддаётся моим пальцам.

Она тихонько всхлипывает и ускользает от меня. Иду за ней. Сажусь рядом на белоснежный диван, на столике перед ним уже стоит бутылка красного вина и два бокала.

— Ты предусмотрительный, — улыбается она.

— Подумал, что оно не помешает и заказал заранее.

Тянусь к бутылке, беру штопор и, даже не глядя, отрываю язычок фольги большим пальцем, одним движением стягивая её с горлышка. Винтовой наконечник входит в пробку чётко по центру. Пару уверенных оборотов и рычаги штопора уже подняты. Ладонью упираюсь в холодный металл, одним нажатием вытаскиваю пробку, и в воздухе тут же расползается тёплый аромат вина.

— Вот и всё, — усмехаюсь, отставляя пробку в сторону.

Наливаю в бокалы, подхватываю свой, подаю ей второй, и, глядя прямо в глаза, добавляю:

— За честность, Наденька. Иногда она вкуснее, чем вино.

Немного вздрагивает, смотрит с какой-то опаской, но принимает бокал из моей руки. Держит его, кружит вино, пьёт, но медленно, маленькими глотками, будто тянет момент.

— За честность, — выдыхает спустя какое-то время, как мне кажется, грустным тоном.

Лёгкий звон стекла разлетается по номеру. Пьём до дна.

Я забираю бокал Нади и ставлю рядом со своим, прежде чем коснуться её лица ладонью. Губы встречаются снова. Уже не так мягко, не так нежно. С голодом, с желанием и намерением пойти дальше. Тонкие пальцы сжимаются на моём плече, и я чувствую, как её дыхание становится глубже. И снова. Ловлю себя на том, что мне по кайфу: ее робость вперемешку с желанием… понравится мне?

Касаюсь её ноги, там, где разрез платья позволяет насладиться её шелковистой кожей. Она тут же накрывает мою руку своей и останавливает её. Резко отстраняется, шёпотом, но твёрдо говорит:

— Нельзя.

— Почему? — прищуриваюсь,изучая её лицо.

— Так нельзя… Надо сначала… в душ, — немного двигается влево, давая понять, что продолжения не будет.

Поднимаю от удивления брови. А затем… Спокойно встаю и на самом деле иду в сторону ванной комнаты. В дверях оборачиваюсь и говорю, с нотами флирта:

— Может, вдвоём?

Надя тут же вспыхивает словно спичка и указывает пальцем на меня.

— Даже не думай!

— Я пошутил, — смеюсь и скрываюсь за дверью.

Выкручиваю полностью воду. Подхожу к умывальнику и смотрю на себя в зеркало. В моём отражении нет ни капли веселья.

Пальцы автоматически скользят к верхней пуговице рубашки — одна, вторая, третья… ткань мягко сползает с плеч и падает на пол. Следом летят брюки, трусы, носки. Часы аккуратно кладу на полочку.

Вода шумит, пар заполняет пространство, и влажный воздух липнет к коже. Захожу в душ, подставляю ладони, даю воде скользнуть по пальцам и хлестнуть по груди. Сначала просто стою, позволяя теплу пробираться под кожу и разогнать кровь.

Моюсь быстро, привычно, без лишней суеты. Намылил, смыл, вытер. Но внутри всё так же гудит: не из-за вина, не из-за поцелуев, а от того, что в соседней комнате сидит девочка с красивыми формами и, не самыми чистыми намерениями.

Выключаю воду. Провожу рукой по лицу, стряхивая капли. Оборачиваю полотенце вокруг бёдер, открываю дверь, и вместе со мной в номер вырываются клубы горячего пара, ненадолго размывая очертания мебели и сидящей на диванчике красотки.