Книга Он мой Июль, страница 10 – Евгения Ник

Хватаю сумочку с намерением уйти, как вдруг замечаю его.

Секунда. И кровь уходит куда-то в пятки.

Илья.

Шикарен, впрочем, как обычно. На нём чёрный костюм с синим отливом. Ухоженная щетина, идеальная причёска. Глядя на Заиграева, у женщин, начинает коротить и случаются эмоциональные поломки.

Идёт так, будто ресторан его. Но лицо… Боже, Илюша, да что ж с тобой? Лимон съел? Взгляд ползёт чуть в сторонуна его спутницу, а там… Боже ж, ты мой…

«Старуха!» — кричу в своей голове и тут же закрываю рот рукой, будто мои мысли кто-то может услышать.

Ну ладно, не совсем дряхлая, но лет на тридцать точно старше него. Вся обтянутая, как колбаса в вакуумной плёнке, на губах — кирпичного оттенка матовая помада, в глазах голод. И этот голод вообще не имеет ничего общего с едой. Типичная «богатая тётка, кормящая мальчиков».

И как это развидеть?

Моргаю, как будто эта сладкая парочка исчезнет, но куда там. Вновь перевожу взгляд на Илью и понимаю, что сейчас он тоже заметит. Так и есть. Его взгляд скользит по залу, натыкается на меня, и… пауза. Я прямо вижу, как он в голове прокручивает мат. Один за другим.

Отворачивается.

Что? Серьёзно? Ты сделал вид, что не узнал меня? Ох, Заиграев, да ваша «бабушка» никак держит вас в ежовых рукавицах?

Плюхаюсь обратно в кресло и нажимаю на кнопку вызова официанта. Через десять минут попиваю кофе с ехидным выражением на лице, наблюдая за «сладенькими», хватаю десертную ложку и отламываю косочек вкуснейшего тортика, и в рот.

М-м-м… как она поглаживает его руку, а Илюша улыбается. Вот только я узнаю эту улыбку, внутри он сыпется на пазлы. Что не в восторге?

Какая я стерва, но как же это вкусно. И в данный момент, я говорю не о тортике. Хотя, стоп… Он бросает на меня взгляд. Молниеносно, как будто я его последний спасательный круг на «Титанике». В глазах читается крик о помощи: «спаси меня, святая женщина, я в заложниках».

Да ну ладно? Внутри меня начинается истерический смех. Оказывается, даже у Заиграева бывают осечки.

Оцениваю расстояние. Пять столиков. Одна чашка с кофе. И немного отваги.

План созревает моментально.

Встаю из-за столика и походкой от бедра направляюсь к их столику.

Сейчас будет шоу, готовься, красавчик!

Иду, равняюсь с Ильей, спотыкаюсь и небольшое количество кофе попадает на его рубашку.

— Ой, простите! — наиграно восклицаю, и тут же меняюсь в лице. — Что? Тигренок, ты уже тут? Любимый! — радуюсь, будто вижу его после года в разлуке и смачно чмокаю в губы, не спрашивая разрешения.

Илюша подвисает. А я, не сбавляя напора, обвиваю его шею рукой и вжимаюсь в бок, разве что на колени не усаживаюсь.

— Я думала у нас встреча через пару часов, забежала кофе выпить, а ты уже тут… —щебечу с притворной обидой. — А это?.. Ой, простите, Ольга Васильевна, да? — мотаю головой от Ильи к его спутнице и обратно.

У «бабушки» начинает дёргаться глаз и краснеть лицо. Медленно, почти по кадрам, она переводит взгляд на Илью.

— Кто это?.. — ледяным тоном спрашивает.

— Это… — начинает он, и тут же хватается за бокал и делает несколько жадных глотков.

— Его невеста, — перехватываю инициативу и широко улыбаюсь. — Мы вместе уже… — загибаю палец. — Неделю и три дня.

— Илья, что это за цирк? — женщина мечет молнии.

— Я… — крякает он. — Прости, Марго…

— Ну ты и скотина! — рявкает она, подлетает с кресла, хватает свою сумочку и ураганом несётся в сторону выхода.